Плевать на все с гигантской секвойи

В первое мгновение вода показалась холодной, но уже через минуту Марина с наслаждением плыла сначала кролем, а потом перевернулась на спину. Когда-то в юности она занималась плаванием и даже имела разряд. Ах, как хорошо, солнце пригревает, оно еще незлое, и море освежает, не то что в прошлом году на Крите. Там был просто ад! Да еще это кошмарное путешествие в пещеру Зевса, по загаженной ослами узкой и скользкой горной тропе… Она такого страху натерпелась, что и вспоминать противно. Мишка, правда, был в восторге.

Хорошо, что он тут познакомился с детьми и целыми днями играет на воздухе. А вечером падает в постель и засыпает. У него уже совсем другой вид, загорел, поправился, глазки блестят. Маленький мой… Марина перевернулась и поплыла к берегу. Нашла взглядом Севу. Он стоял и разговаривал с каким-то мужчиной, а рядом вертелся Мишка. Кадрится Севка, что ли? И вдруг у нее екнуло сердце. Мужчина, с которым разговаривал Сева, был до ужаса похож на Михаила Петровича. Глюки, решила она. Откуда ему тут взяться? Просто я влюблена, и он уже всюду мне мерещится. Вот так же было, когда я влюбилась в Питера. Он тоже всюду мне мерещился… Ну и что хорошего из этого вышло? Но она не успела докончить свою мысль. Сева махал ей рукой: иди, мол, скорее. А Мишка бросился к ней с криком:

– Мама, мама, дядя Миша приехал!

У нее сжалось сердце и заболел живот. Неужели он все-таки меня нашел?

– Мама! Ну скорее же! – вопил Мишка.

А Михаил Петрович стоял как вкопанный. Он даже шага навстречу ей не сделал.

Мишка уже тащил ее за руку.

– Михаил Петрович, вы смотрите на нее как на Афродиту, выходящую из пены морской. Ох, а ведь она Марина, морская… Как я мог не подумать об этом раньше, море и в самом деле ее стихия!

«Голубой» он, что ли? – как сквозь дымку пробилась мысль. Но он тут же забыл обо всем. Шагнул к ней:

– Марина, я приехал… Я не мог…

– Как вы меня нашли?

– С трудом, но это неважно…

Под взглядом Мишки и Севы они не могли кинуться друг другу в объятия.

Но Мишка с Севой куда-то исчезли.

– Марина, родная моя… – Он погладил ее по щеке. – Что ты со мной сделала, почему исчезла?

– Я хочу тебя обнять, а тут так много народу… Пойдем куда-нибудь…

И хотя ей безумно хотелось остаться с ним наедине, но материнские чувства оказались сильнее.

– Его увел этот красавец… Он «голубой», что ли?

– Да, это мой лучший друг.

– Я сперва чуть не умер от ревности, когда Мишка нас познакомил. Боже мой, как я счастлив тебя видеть… Дай хотя бы руку.