Держала в руках знахарка что-то серебряное, ярким отблеском вспыхнувшее под лучом лунного света Звенислава вновь поглядела на обугленный, обгоревший, покрытый кровью торквес. Да на княгиню Мальфриду — застывшую, едва ли живую. Все было неправильно, все было не так! Не так, как в обычной жизни. А чуждо, иначе, зло! Догадавшись обо всем, Звенислава бросилась прочь из горницы. Она оттолкнула руки Чеславы, желавшей ее удержать, и поспешила вперед. Она бежала, подобрав подол пышных юбок, что совсем не пристало княгине.
Ей было все равно. Оказавшись на другой половине терема, Звениславка взметалась, не ведая, куда идти. Она схватила за локоть повстречавшегося мальчишку-холопа, и тот, рассеянно хлопая глазами, сказал ей, что князя в горницах давно уж нет. Едва ли не в беспамятстве, княгиня сбежала по всходу вниз, и теремные девки стали поглядывать на нее с испугом. Уж как бы умом ни помутилась… Чеслава спешила за ней, но не смела удерживать против воли. Кто-то сказал Звениславе, что князь в гриднице, беседует с мужами, и она поспешила туда.
Она не помыслила даже, что Ярослав там, верно, не один; что негоже ей тревожить его; негоже при посторонних заговаривать. Ужас затмевал ее разум, и потому Звенислава торопливо вошла в гридницу, и отроки едва поспели отворить перед ней дверь. Ярослав с сотником Стемидом и двумя своими воеводами корпел над картами, развернутыми на длинном дубовом столе, когда от дела их отвлек быстрый стук башмачков княгини по дощатому полу.
Он вскинул, было, недовольный, нахмуренный взгляд, ставший тотчас тревожным — стоило ему посмотреть на Звениславу. Бескровное, бледное как молоко лицо и широко распахнутые, испуганные глаза. И она шла, спешила к нему через всю гридницу, ничего и никого пред собой не видя и не замечая. Досель такого еще не случалось! Ярослав встал из-за стола, и следом за ним поднялась на ноги сотник Стемид и воеводы. ⁃ Княже! — звонко позвала Звенислава, и он безотчетно шагнул ей навстречу.
Что-то случилось, понял князь. Что-то, заставившее княгиню прибежать к нему в испуге, презрев все должное. Кивком головы он велел своим воеводам покинуть гридницу, вскинутой ладонью остановил вошедшую вслед за своей госпожой Чеславу и вовремя. Потому как, подойдя, наконец, к мужу, Звенислава рухнула перед ним на колени и разрыдалась, обнимая его сапоги. ⁃ Я виновата, господин, я виновата… казни меня. Князь, видавший всякое, опешил.
