Пляска в степи

Теснили хазар все ближе и ближе друг к другу. Загоняли в ловушки и окружали со всех сторон. Сминали копытами лошадей, а те, волна за волной, натыкались на неприступную стену из ратников и увязали перед ней в кровавой бойне, из которой не могли выбраться.

Чеслава выискивала взглядом князя и никак не могла найти. Она не единожды проехалась вдоль неровных рядов, отражая хазарские атаки одной рукой и отчаянно всматриваясь в безликую, смешавшуюся толпу. Князя она не увидела, а услышала, узнала по голосу.

С боевым кличем на устах, набрав ход, он врывался в сражение с наскока, столь молниеносно орудуя мечом, что Чеслава и уследить за ним не поспевала.

Среди поредевших дружинников она выцепила знакомое лицо сотника Стемида и выдохнула с неимоверным облегчением. Она не видала его с начала сражения и страшилась, что тот сложил свою курчавую голову.

— Пригляди! — надломанным, хриплым голосом крикнула ему Чеслава и дернула подбородком в сторону, куда умчался князь.

Сотник, еще не отошедший от схватки, в которой поверг очередного хазарина, с мгновение смотрел на нее, не понимая ничего из сказанного.

Чеслава и сама бы бросилась за ним, не раздумывая, но разумела она, что с одной рукой она будет обузой, а не помощницей. Еще князю придется за ней приглядывать, как бы ни случилось чего.

Сражение шло до самого вечера, до последнего луча солнца, которое на несколько минут показалось из-за туч перед тем, как уйти за линию горизонта.

Догонять утекших хазар не стали. Слишком разрозненными группами они уходили. Слишком ослабели княжеские дружины после лютой сечи.

Наступил вечер, но никто не спал. Когда стихли звуки битвы, когда стало не слышно больше лязганья железа да звона ударов, когда с глухим стуком перестали в щепки рассыпаться щиты, за замолкли встревоженные, возбужденные лошади, мир вокруг наполнился горестными криками и предсмертными стонами.

На небо выкатилась кругленькая, серебристая луна. Под ее тусклым светом и с факелами в руках те, кто могли стоять на ногах, бродили по месту битвы, выискивая знакомые лица среди павших, выискивая живых людей. Чеслава, руку которой наскоро перевязал кметь из чужой дружины, также ходила посреди множества валявшихся на земле воинов.