Пляска в степи

"

"В один из дней, когда Звенислава с княжнами вышла поглядеть на Желана, постигавшего ратную науку на заднем дворе под присмотром кметей, в терем приехал долгожданный гонец. Дозорные приметили его еще издалека, и потому дядька Крут в нетерпении измерял шагами пяточек перед воротами, и княгиня постоянно оборачивалась в ту сторону, отвлекаясь от братца.

И даже Рогнеда, стоявшая от них в стороне и также наблюдавшая за братом, словно тоже дыхание затаила. Что и говорить, а вестей от Ярослава ждали все.

Наконец, открылись ворота, и на подворье, медленно переступая, въехал всадник.

У Звениславы сердце сжалось в предчувствии беды. Наскоро кивнув тетке Бережане, чтобы приглядела за княжнами, она, подхватив поневу, быстрым шагом заспешила к воротам. Бежать она уже не могла: не позволяло потяжелевшее за последние седмицы чрево.

Вокруг гонца уже хлопотали кмети.

Запыхавшаяся княгиня остановилась подле дядьки Крута и вцепилась тому в плечо ледяными пальцами. В голову лезли одни токмо дурные мысли. Добрые вести на полумертвой лошади не привозят.

— Что с ним? — дрожащим голосом спросила она и невольно коснулась подвески из нескольких лунниц, которую она приладила к кике заместо привычных височных колец — усерязей.

Вспомнила на днях, что Доброгнева Желановна все время лунницы носила, пока непраздна была, вот и надела новое обережное украшение.

Воевода поглядел на нее и накрыл прохладные пальцы своей ладонью. Сам бы, знамо дело, не расслеповал ничего, но жена сказывала, что в тягости княгиня, ждет дитя, и не следует ей волноваться. Поди тут, не поволнуйся, когда время такое. Не запрет же он ее в подполе, пока князь не вернется?..

— Это… с устатку, — неловко соврал дядька Крут и поспешно отвернулся, густо покраснев. Старый дурень, девке, ой, княгине ладожской, сбрехать не можешь!

— … княжич… княжич… дружина… — бормотал пришедший в себя гонец, еще пуще всех запутывая.

— Да что говоришь ты, — взревел воевода и шагнул к нему, склонился над полуживым кметем и взял за грудки потрепанной, грязной рубахи. — А ну говори складно! Не то в поруб брошу! — пригрозил зачем-то.

Какой там поруб, молодец и сам к Перуну, того и гляди, уйдет.

Звенислава стояла позади воеводы ни жива, ни мертва.