Пляска в степи

Она пришла к ним пару зим назад и поселилась на самом краю городища, на отшибе, где никто, кроме нее, и не жил. Она носила две длинных черных косы, а значит, не знавала мужа, никогда не была просватана. Люди чурались ее, матери уводили подальше детей и не позволяли им играть подле ее старой, покосившейся избы, пока однажды не занемог князь Некрас. Дружинный лекарь не сдюжил его исцелить, и тогда кинули клич по соседним городищам и княжествам.

Зима сама пришла в княжий терем и посулила, что поставит князя на ноги.

Доброгнева Желановна пообещала заживо похоронить ее, коли с князем от ее ворожбы что приключится. Но недуг Некраса Володимировича прошел, и со временем тот оправился. Бояться знахарку меньше не стали, но больше не плевали вслед. А князь и вовсе всякий раз велел звать ее, чуть кто из домочадцев занемогал.

Звениславке было любопытно, почему застала знахарку уже на половине пути к терему, но она боялась спросить. Госпожа Зима пугала ее: нездешняя, со строгим худым лицом, с холодным взглядом светло-голубых глаз.

Она и одевалась иначе, и вела себя иначе, и не больно много с кем охотно заговаривала. Знахарка носила непривычные украшения: поверх любого ее платья пониже шеи всегда лежало толстое обручье, выполненное из перекрученных железных нитей. Оно было замкнутым, без застежек или завязок, и его нельзя было снять, не сломав. Звениславка никогда таких не видела.

До крепости они дошли в молчании. Только знахарка все сильнее поджимала губы каждый раз, как слышала рог.

Звениславка мыслила, звук был ей знаком, и будил воспоминания о чем-то неприятном, вот женщина и хмурилась.

Тем временем суета на княжьем дворе поулеглась. На стены, выстроенные на вершине насыпного земляного вала, поднялись лучники; конные дружинники оседлали лошадей, а оставшиеся кмети выстроились подле ворот. Два десятника негромко говорили о чем-то в отдалении от всех, и Звениславка увидела, как по крыльцу из терема спускался дядька Некрас. Он вздел кольчугу, опоясался воинском поясом и сжимал ладонь на рукояти меча в ножнах.

Следом за ним спешила княгиня. Она что-то говорила ему, но мужчина отмахнулся.

— Оставь! — расслышала Звениславка его недовольный голос. — Не бабье дело…

— Идем-ка отсюда, — позвала ее знахарка, уводя прочь со двора. Они обошли терем сзади и вошли с низенького крыльца для теремных девок и холопов. — Есть у вас повязки для ранений? — деловито спросила госпожа Зима, едва переступив порог клети.