И вот теперь мы несемся, скорее всего, навстречу смерти, чтобы перехватить гадкого сноба.
– Вот я, прибей меня клюшкой своей, не пойму, какого хрена мы хотим помешать твоему сердешному другу увидеть, что его невеста – обыкновенная шлюха? – пыхтела, как паровоз, Люся, пытаясь раскурить похожую на какаху и так же пахнущую сигару. – И Сашка, паразит, трубку вырубил. Убью всех, на хрен, порешу! – пыхнула она огнем и резко затормозила возле высотки, единственной в нашем городе, так что Катька каким-то образом оказалась сидящей у меня на руках, крепко обняв меня за шею.
Я вывалилась из машины прямо в ту самую лужу, в которой искупалась во время моего прошлого посещения Завьяловского жилища. Точнее, сначала вывалилась из джипа Катюха и, встав на четвереньки, затрясла головой, словно цирковая собачонка, явно намереваясь поцеловать больше не пляшущую под ногами земную твердь.
– Тоже мне, моряк – с печки бряк, – хмыкнула Люсинда, наблюдая за манипуляциями подруги. – Вставай, болезная, пойдем Захарку от цугундера спасать, а то, неровен час, порешит он Липая от ревности и останется наша Джульетта на эфесе.
Совсем без кавалеров. Выглядишь ты, Юлька, хреново, кстати, – повернулась она ко мне, едва не сбив кормой начинающую восставать из мертвых Катерину, которая снова свалилась в, похоже, никогда не высыхающую лужу. – Под стать трусам своим, вот честно. Хоть бы намалевала чего-нибудь на физиономии, а то краше в гроб кладут. На муху в глубоком обмороке похожа.
– Что-то мутит меня, Люсь, – икнула я, – наверное, в ресторане вчера несвежее что-то съела.
Люся не ответила, потому что с высоты двадцатого этажа раздался вопль, перерастающий в визг. Ну да, такие у нас высотки. Какой город, такие и небоскребы. Катька как стояла на четвереньках, так и поползла к подъезду, напоминая с охотничьего сеттера.
– Во дает! – восхитилась Люся. – Ну чего встала-то? Пошли давай, надо твоего Отелло спасать. Знаешь, как обидно за такую сволоту в тюрягу загреметь? Пошли, – фея крепко схватив меня за руку и ломанулась к лифту.
"
"Я потелепала за ней. Даже на кнопку вызова нажать мы едва успели, как мимо нас пронесся, сияя голым задом, наш засланный казачок, явно нас не заметивший – так торопился. А может, вид сделал. Не заметить двух не мелких дам может только слепой. Если, конечно, ему ревнивец не выколол глаза, в чем я сильно засомневалась. Слишком уж резво Саня мчал по тротуару, уносясь в пространство.
На место побоища мы вломились, как взмыленные скакуны, и замерли от удивления.
