Раз кто-то практикует экзотическое овощеводство, и практикует весьма успешно, судя по качеству того же лука, обнаруженного в пакете Симы, то какова вероятность, что это землянин? Ну, или его потомок. Вот то-то! Значит, его надо поискать. А как ты его поищешь, в крепости сидючи? Правильно – с помощью лавэ. Эх, найти бы только, а там видно будет. Уж оченно перспективы впечатляющие: либо новый друг образуется, либо овощи подешевле покупать начнем. В том, что лавэ захочет расширить свой гастрономический кругозор, сомневаться не приходилось.
Оля чувствовала себя коварной Матой Хари, агентом влияния и радисткой Кэт в одном флаконе и тихонечко над собой посмеивалась, прикидывая, как вдохновить Раима на помощь. Путь к сердцу тернист: налево пойдешь – тропку к сердцу найдешь; направо пойдешь – в желудочно-кишечный тракт попадешь. В переваренном состоянии. Ну а прямо – это в аккурат к прободной язве у клиента.
Эх, все в жизни неоднозначно. Сейчас, в эти минуты одиночества, Оля просто была. Не строила грандиозных планов, не перебирала в уме запасы в кладовых, не обдумывала поведение того или иного жителя крепости.
Она отпустила мысли на волю. То ли повинуясь требованиям организма – нужно же было дать разуму отдых после многодневного марафона проблем, то ли ночной и утренний выплеск эмоций освободил что-то в душе…
Оля об этом не думала, зато с удовольствием сортировала оставшиеся вещи туэ Ламса и даже напевала. Одежду в отдельный тюк – потом придумается, что с ней делать. Хотя что тут думать – отдать старьевщице Хопре как есть, все выручка.
Миту и его сестренке пригодится.
А вот что делать с обилием статуэток? Коллекционер он, что ли, этот туэ Ламс? М-да, подлые воры порой оказываются эстетами. Оля опять легко усмехнулась – кому искусство, а кому пылесборник. Хотя в данном месте пыль – это неактуально, магия-с. В последний момент Ольга остановила руку и не схватила миниатюру какого-то дивно безобразного животного. Интересно же. А почему не схватила? Да потому, что бронзовая бусина в браслетке вдруг сильно нагрелась – то самое ощущение, когда малая капля масла, брызнувшая с раскаленной сковородки, заставляет вздрагивать и шипеть от боли и досады.
Вот и вспомнилось назначение чеканной бронзульки – оповещалка. Кажется, лавэ говорил о дурных намерениях, когда ее выдавал. Значит, в статуэтке какая-то злая магия? Вот пусть маги и разбираются, а она поостережется.
Ольга осмотрела помещение критическим взглядом.
