Раим недобро прищурился. Чем она опять недовольна? Ненормальная! Не иначе как шельмы пустоты резвились над его головой, когда ему пришла гениальная мысль приблизить к себе иномирянку! Дура бесстрашная, и не думает униматься:
– Я вчера целую ложку смазки выкинула! – наконец, суть претензий обрела словесную форму. – С горкой! И платочек пропитанный! – эмоции, которые захлестывали разум недопомощницы были столь сильны и сумбурны, что Раим никак не мог выудить из этого киселя хоть что-то вразумительное.
Вот ведь! Опять недоразумение. Но, Ольга, к ее чести, быстро взяла себя в руки: – не хотите с торговлей возиться, отдали бы бесплатно. – как-то жалобно прошептала она. – Если это лекарство, то могло бы кому-то помочь. Разве нет? – Сглотнула, унимая подступающие бессильные слезы. – У нас это называется благотворительность. – Тяжелый вздох, второй, третий и эмоциональная буря утихла окончательно. Ольга расправила плечи и поймала взгляд начальника: – Простите. Я была резка. Вы очень красиво поступили сегодня с хуторянином, а я на вас накинулась.
Простите. Я неправа.
Шельмы пустоты! Эта... Эта… У Раима никак не находилось хотя бы пары эпитетов, за которые ему не было бы стыдно перед матерью. Извиняется она! Ошпарила его своими взрывными эмоциями, как будто заклинание-брызгун распылило свою едкую начинку. А теперь извиняется! Искренне, между прочим, с тем же пылом, как и ругалась. А сама думает, где бы склянку найти, чтобы яд у безымянных собрать. Целесообразность превыше эмоций.
Одернуть ее? Так извинилась же! Да и не виновата она, что мало знает о нгурулах. О них все мало знают.
– Эта смазка уже испорчена, не хлопочите, Олга. – в расстройстве Раим забыл следить за правильным произношением. Сейчас удалите эту. Звери будут довольны. А завтра соберете свежую. Ее будет совсем немного, Дня за три соберется интересное для целителей количество. Фиал у меня найдется. У Свапа тоже соберите, раз он так к вам благоволит.
– Спасибо. Спасибо огромное! – Раиму показалось, что в порыве благодарности Оля хотела схватить его за руку, но постеснялась.
– А за три дня яд не испортится?
– Не испортится. Будете отдавать на хранение мне, я уберу в кайс.
– Это холодильник такой?
– Это такой... – лавэ замялся, подбирая слова, – такая коробка с безвременьем. – Всплеск неподдельного интереса собеседницы Раиму польстил, а Ольге до крапивного зуда в ладонях захотелось пощупать это самое безвременье.
