Паренек сверкнул злым голодным глазом и ткнул пальцем в пару кастрюль. Лоточница быстро, но не забывая работать на публику, свернула нечто, очень похожее на шаурму. Пашка показал знаком – еще две давай.
– Держи, сусанин. – уговаривать парня взять угощение не пришлось, пришлось долго и нудно уверять, что, да, это специально для него, чужого мальчика, и да, совершенно бесплатно. Даже Ольга терпение растеряла, а Павел, тот готов был пустить в ход кулаки, так хотелось поскорее налечь на мясную еду. Утренняя кашка уже проскочила.
– Ешь, давай! – рявкнул Пашка. – У тебя в животе голодом бурчит так, что скоро позвонки из штанин посыпятся! Я не нанимался за тобой мусор собирать.
Пока ели в сторонке, сопровождающий все время старался загородить добрую тетеньку, которая заплатила за роскошную еду. От толпы защищал. Жевал спешно, но аккуратно, и при этом не забывал вертеть головой на триста шестьдесят градусов. Это и уберегло расходный Олин кошелек. Сусанин, который назвался Митом, ухватил руку воришки прямо в корзине, висящей на локте подопечной.
Ольга порадовалась, что после всех покупок и оплаты кофе в корзине осталась сущая мелочь. И похвалила себя за предусмотрительность – основной капитал нес Павел, в его полукомбезе нашлась пара потаенок, до которых карманнику не добраться. Пока приходила в себя, сообразила, что ни Мит, ни Пашка не стали поднимать шум, только придерживали поганца в две руки. Юный воришка ничуть не смутился и даже хорохорился – насмешливо скалился на Пашкину клипсу.
Вот зря он это, а мог бы уйти спокойно, а возможно, и с мелкой монеткой. Бить малолетку Пашка, конечно, не стал, но не наказать не мог. Пальцы у недавнего подавальщика крепкие – пивные кружки потаскай-ка по четыре в каждой руке. Слива во всю курносую носопыру обеспечит нахальному юнцу массу впечатлений на неделю вперед.
– Надо было руку ломать, – уверенно заявил Мит, провожая тревожным взглядом сквозанувшего через толпу воришку.
– Как ломать? – ужаснулась Ольга.
– Лучше бы пополам, – обстоятельно пояснил Мит.
– здесь Кенга все знают, на нем заживает, как на болотной дрюкине. А пока заживает, кто-то сохранит свои кошели. Пашка хмыкнул не слишком удивленно – в заведении жирного Тима воришек тоже били смертным боем. Но быть экзекутором самому, это избавьте...
– Лучше было сдать его властям! – отрезала патологически законопослушная Ольга и отпрянула от кинжального взгляда сопровождающего. – Что не так, Мить?
Мит насупился и молчал.
