– Показал он на приписку снизу кнопочек.
- Два месяца уже ничего не делает эта компания. – Вздохнула я и протиснулась в подъезд. Поднялась по лестнице на второй этаж и осмотрелась. Ага, дверь заменили. Звонок тоже. Но вместо того, чтобы нажать на кнопку, я постучалась. Дверь открылась через минуту. – Заноси. - Скомандовала я, входя. – Здравствуйте, Ангелина Павловна.
- Здрасьте, теть Гель. – Вошел парень с сумками. Я удивленно покосилась на него.
- Миш, а ты то тут как? – Удивилась худенькая маленькая женщина.
- Помогал.
– Парень пожал плечами, поставил пакеты на пол, кивнул мне и скрылся в подъезде.
- Это кто? – Уточнила я, похлопав глазами.
- А это Глеб твой мальчика приставил, чтобы помогал. – Радостно сообщила мне хозяйка квартиры. Я мысленно сделала себе зарубку на то, чтобы поговорить с Глебом о том, что он все время сует нос в мои дела. – Да ты проходи, проходи. У Ланки сейчас видеоурок, Тошка в школе, а Еська спит. Дневной сон у нее.
Я кивнула. Где старшие я знала. На реабилитации после очередной операции.
Успешной, кстати.
Ангелину Павловну я знала давно. Она у нас в детдоме работала воспитателем по социальной адаптации, когда мне было пятнадцать лет. У нее был один ребенок, Антон. Родился он с осложнениями, все думали, что инвалидом станет. Но Геля Пална имела очень стойкий характер и буквально за год усиленной работы поставила сына на ноги. Правда, с работы ей пришлось уволиться.
Приобретя опыт и посовещавшись с мужем, эта маленькая и с виду хрупкая женщина взяла себе еще четырех детей с различными отклонениями.
Например, Лана была инвалидом по слуху, а Еся вообще ВИЧ-положительный ребенок. Таких из детдома не забирают. Мороки очень много, даже если государство и оплачивает лечение. Сколько порогов было оббито Ангелиной Палной, не счесть.
И все бы ничего, но полгода назад муж и единственная опора моей воспитательницы погиб. Как только я об этом узнала, то примчалась сюда, к ней в квартиру, и ужаснулась от царившего здесь духа безысходности. Детей у этой женщины могли теперь забрать в любой момент, так как не было официально трудоустроенного кормильца, а пенсия по потере не покрывала минимальных затрат на таких сложных детей.
Тогда-то я и начала действовать. Собрала художников и попросила переделать четырехкомнатную квартиру в Третьяковскую галерею со свежим ремонтом. Парни расписали все за три дня. Пятеро помогли. Троица переделал ванную комнату, воткнув туда душевую кабину…. В общем почти все, как с квартирой Глеба.
