Плохиш

Встал за спиной, обнял за плечи, устроив голову у Влады на макушке. Артем с некоторой брезгливостью оценил этот жест.

— У тебя все еще есть семья, Влада, - напомнил он, всеми силами игнорируя тот факт, что теперь и Стас был невольным участником их «теплой встречи». – С кем бы ты ни была сейчас или потом, никто не заменит родителей.

— Не припоминаю, чтобы ты был таким же терпеливым, когда речь шла о Даше и Жене, - с горечью ответила Влада, притрагиваясь к ладоням Стаса дрожащими пальцами. Холодными пальцами, которые ему хотелось зажать в ладонях и согреть своим дыханием.

Ее заметно потряхивало, и Стас понял, что еще немного – и эти вибрации окончательно выколотят из него терпение и понимание.

— Она со мной, Артем: сейчас – и потом, сказала жестко, проговаривая каждое слово. Вряд ли дойдет с первого раза, но хотя бы закроет рот для дальнейших конченных оценок их отношений. – И если Влада сказала, что не пойдет вручать папаше подарок, то она не пойдет вручать подарок, и не надо, блядь, пытаться внушать ей чувство вины.

— Ты и есть это чувство вины, Онегин. Она же с тобой только из благодарности.

Стас выгнул бровь, действительно удивленный этим смелым заявлением. И по взгляду Артема понял: этот засранец точно что-то знает. Хотя, какая к херам разница? Знают ровно те несколько человек, которым положено знать. А Влада...

— Передай маме привет и скажи, что я позвоню ей во вторник, как обычно.

Артем даже не потрудился как-то отреагировать на просьбу.

До самого дома они ехали молча, но на одном из перекрёстков Влада поймала его ладонь и поднесла к губам, целуя. У Стаса отлегло от сердца, и появился еще один повод врезать себе невидимую оплеуху: это же его Неваляшка - единственный из возможных идеальный пазл его души, без которого она никогда не была бы целой.

Они занесли покупки в дом: Стас привычным уже жестом погладил кота за ухом, улыбнулся, когда рыжий сунул любопытную морду внутрь самого большого пакета, потеребил лапой шелестящий целлофан.

— Артем сказала гадость. – Влада так стремительно прижалась к нему, что снова неловко стукнулась носом в грудь. Неловко хихикнула, пряча лицо. – Он просто... злится. Наверное, должно пройти еще больше времени, чтобы все это как-то утряслось.

— Срать я хотел на то, что он сказал, - ни капли не лукавя, признался Стас. – Собака лает – караван идет. Мне достаточно знать, что ты...