Плохиш

— Стас, - она выгнулась ему навстречу, потерлась грудью о его грудь, одновременно поглаживая животом снова ставший твердым член. Хотя, какой там хрен, эрекция, кажется. И после первого раза никуда не делась. – Хочу сзади.

— Скажи это еще раз, принцесса, - потребовал он, уже воображая, как будет брать ее в этой позе.

— Поставь меня на колени, - поблескивая наполненными желанием зелеными глазами, повторила Влада. – Хочу глубоко и жестко. Хочу тебя всего.

Ох, твою же мать! Ему словно крепко зарядили в ухо – даже голова закружилась на минуту, таким мощным был прилив грязных мыслишек.

Он в одно движение перевернул ее на спину, схватил за бедра, потянул, вынуждая подняться на всю высоту колен.

— Прогни спину, принцесса. Ниже, блядь, хочу видеть твою задницу.

И, не особо осторожничая, шлепнул ее по заднице. Влада дернулась, охнула, вильнула бедрами, но охотно прогнулась ниже, вытянула руки над головой, цепляясь кулаками в простыню. Для того, что он собирается сделать, ей, конечно, понадобиться опора покрепче, но ради такого вида можно и потерпеть.

Придется чертовски крепко держать ее. И какую-то чертову часть самого себя, чтобы не перешагнуть за край, и не сделать ей больно. Просто охренительно, что она непостижимым образом принимает его в себя и не жалуется.

— Мечтаю трахнуть тебя так еще с первого нашего поцелуя, там, в Нью-Йорке, - неожиданно даже для себя самого признался он. И вдруг понял, что и правда с того самого дня думал о том, что хочет владеть маленькой ванильной девчонкой всей, без остатка.

— Ну, и долго мне еще ждать? – хриплым от желания голосом, спросила она – и снова вильнула задницей.

За что получила еще один шлепок, который тут же растекся по молочно-белой коже румяным пятном. Хотелось запихнуть обратно этого вылезшего наружу похотливого ублюдка, который способен думать только о том, чтобы безраздельно владеть этой маленькой самкой, заклеймить ее всеми возможными способами, убить на корню саму мысль о том, что кто-то другой будет прикасаться к ней.

— Ты делаешь меня каким-то повернутым собственником, - хрипло усмехнулся он, голодным взглядом впитывая алый румянец, оставленный его ладонью.

На мгновение наклонился к уху Влады, и шепотом спросил: - Ты правда в порядке, принцесса?

— Я совершенно точно не в порядке, потому что мой мужчина, вместо того, чтобы показать мне, кто тут главный, предпочитает болтать о всякой фигне.

— Блядь, принцесса..."

"К херам собачьим тормоза! Не в их постели, не в стенах их спальни. Да нигде вообще.