Плохиш

В представлении Влады Аня была именно такой дочерью, о которой мечтает каждая семья – рассудительной, прагматичной и целеустремленной. Она любила говорить, что люди должны руководить обстоятельствами, в противном случае – это не люди, а слабаки, заслуживающие своего места среди «ноющей серости». Аня любила козырять подобными эпитетами, ни капли не думая об их уместности. В такие моменты Влада одновременно и восхищалась ею, и ненавидела. К счастью, Грановская сама не стремилась к времяпровождению в шумных компаниях не из своего круга, а предпочитала общество одной Влады.

Сегодняшние посиделки стали чуть ли не единственным таким мероприятием за минувший год.

— «Пересмешник» - солидное издание, - сказала Аня, - не представляю, как можно было соваться туда не имея даже малейшего представления о том, как зацепиться. Или ты собираешься выехать за счет одной протекции?

— Ну ты и мегера. – Ради реплики бородач Игорь даже отвлекся от салата, который с аппетитом уплетал за обе щеки.

– Чего прицепилась к девчонке?

Влада собиралась вмешаться, но напоролась на предупреждающий взгляд Ани – и поняла, что лучше помолчать, и позволить этим двоим всласть по пикироваться. Такое случалось с завидной регулярностью, стоило Ане и Игорю оказаться на одной территории. Благо, такое случалось очень-очень редко.

— Может быть потому, что не хочу, чтобы Влада пополнила ряды неудачников вроде тебя? Золотая медаль – не ахти какое достижение, и только наивные мечтатели верят, что она открывает какие-то мифические двери в безбедную жизнь.

Ничего подобного, чушь собачья. Чтобы чего-то добиться – нужно точно знать, чего хочешь, и пахать над реализацией, а не сидеть на пятой точке, давясь фаст-фудом. Хотя допускаю, что некоторые довольствуются малым.

Настойчивый звонок телефона прервал Аню как раз в тот момент, когда в ее взгляде появился характерный злой блеск человека, одержимого одной-единственной идеей, которой он, словно лекалом, измеряет ценность чужих жизней.

Девушка бросила короткий взгляд на экран телефона, что-то беззвучно бросила себе под нос, извинилась – и была такова. Как всегда, не прощаясь. Игорь принял ее уход за капитуляцию, и не преминул пройтись катком нелицеприятных, хоть и цензурных слов.

— Да закроешься ты или нет? – завелся Артем. – Оставь девчонку в покое, вы оба одного поля ягоды, только у нее колготки стоят дороже, чем ты со всеми потрохами.

Игорь не собирался замолкать.