Плохиш

Стас осторожно положил руку ей между ног, второй обхватил за шею, большим пальцем поглаживая тонкую линию подбородка. Ох уж этот ее рот: мокрые приоткрытые губы.

Влада всхлипнула, одновременно приподнимаясь на цыпочки, как будто пыталась вырваться из его ладони у себя между ног. Стас жал сильнее, наслаждаясь каждой вибрацией ее тела, которая проникала ему под кожу.

— Убрать руку? Только скажи, Неваляшка, и я свалю отсюда на хрен.

И это правда. Хоть даже одна мысль о том, чтобы оставить ее сейчас буквально взрывает мозг сотней направленных выстрелов.

Пауза очень долгая. Влада тяжело дышит, соски на ее груди набухли и встали торчком. По ним струится вода – тяжелые капли ласкают гладкую кожу, устремляются вниз парой водопадов.

— Я хочу тебя поцеловать, - прошептал Стас в уголок ее рта. – Зацеловать твои охренительные губы, пока они не опухнут и не станут горячими. А потом хочу поставить тебя на колени и посмотреть...

«Заткнись, мудак! Ты ее пугаешь».

Член уже замер в полной боеготовности, в штанах стало болезненно тесно.

— Стас... - беспомощно прошептала Влада. Ерзает попкой по стенке душа, и мягко скользит по его ладони взад-вперед.

— Смелая, Неваляшка?

— Честная, Плохиш, - отвечает она, прикусывает губу и подается вперед, сводя на нет те несчастные миллиметры расстояния, что еще остались между ними.

— Хочу вставить тебе по самые яйца. – Это грубо, конечно, зато честно. К херам все, она и раньше любила, когда он не расшаркивался. Ванильная принцесса, которая любит, чтобы член называли членом, а просьбу сделать минет – «отсоси у меня».

Стас всей ладонью провел по нижним губам, давая Владе возможность привыкнуть к ощущению руки у нее между ног. Влада прерывисто задышала, раскрыла губы, когда он провел большим пальцем по ее нижней губе. Закатила глаза, погружаясь в собственные ощущения.

Стас отпустил ее шею и завел руку под подмышку, чтобы обхватить за спину.

— Нет, - Стас заставил ее встать на пятки, - ты не простоишь так долго. И не сможешь расслабиться.

Она снова захныкала, пытаясь бороться со своим телом, с инстинктами, которые требуют совершенно конкретных вещей.

— Мне нравится, что ты такая послушная, - прошептал Стас, руками удерживая ее на одном месте.