Загадочно улыбаясь, старший брат приземлился на соседний стул.
– Когда отец сказал, что тебя избили в Лондоне, я сперва подумал, что это название какого-то бара.
– Держи карман шире… – поморщился от распирающей боли в грудине.
– И кто тебя так отделал? – Рус прищурился.
– Несколько ливанских беженцев… – равнодушно пожал плечами, отводя взгляд.
– Да, я сразу так и подумал. Особенно после того, как ты заставил Агнию выяснить местоположение Ассоль через её брата… – посетитель нервно взъерошил густую шапку блестящих нефтяных волос.
– Всё очень сложно… – с минуту мы молчали, глядя друг другу в глаза. – И безнадежно.
Покрутив шеей, словно ему жал невидимый галстук, брат прокашлялся.
– Не бывает безвыходных ситуаций. Это тебе говорит человек, потративший полгода жизни на клинику для душевнобольных.
– Я в курсе, но… Это реально самая безвыходная ситуация из всех возможных.
– Хочешь получить нотариально заверенное мнение? – уголки его губ чуть приподнялись.
– Не стоит впутывать тебя во всю эту грязь.
– Ну а вдруг твой старший брательник сможет дать дельный совет? – со знанием дела Рус похлопал меня по плечу.
– Весной я трахнул мать Ассоль, и она узнала об этом, – стиснул зубы, глядя на то, как округляются его глаза.
Несколько секунд родственник изумленно моргал, открывая и закрывая рот, словно объелся кайенского перца.
– Но о чем ты думал?! Это же… – брезгливое выражение, поселившееся на его лице, оказалось красноречивее любых слов.
В палате вновь установилась звенящая тишина. Щеки покалывало, на животе и ключицах проступил пот.
После реакции старшего брата мне стало гораздо хуже.
Ассоль никогда меня не простит.
– А я ни о чем не думал! Недотраханная бабенка перехватила меня, когда я был в стельку пьян.
– Сегодня утром Ассоль сообщила Агнии, что свадьба все-таки состоится. И знаешь, теперь я думаю, вам действительно не по пути, – слова брата прозвучали как печальный похоронный марш над всеми моими надеждами.
– Я жить без неё не могу… – процедил, стараясь перебороть охватившую панику.
– Гвидон… – посетитель поморщился. – Тебе пора взрослеть.
– Спасибо, утешил, – я судорожно рассмеялся. – И, Рус…
– Что? – сожаление в его глазах рвало душу в клочья.
– Как ты справился? – прошептал на пределе собственных сил. – Еще немного, и я начну сходить с ума. Мне так х**во, брат, хоть на стенку лезь.
Покачав головой, он вздохнул:
– Есть один способ – когда тебе плохо, найди того, кому еще хуже. И помоги ему. Знаешь, тебе сразу полегчает.
