На белой ткани расплылось едва заметное влажное пятно от мужской смазки…
— Не получится, как ты хочешь!
— Давай! — мотнул головой, уставился на меня. — Мне просто интересно, какую отмазку ты еще придумаешь.
— Все плохо. Еще и… болячка нехорошая. Прям там! — сказала я.
— Да ты что! Тогда у меня вместо члена — рог единорога. И он волшебный, блять. Все болячки лечит одним чудесным прикосновением. Проверим?
Волк схватился за мои хлопковые трусишки, и они затрещали.
— Давай потом? А сейчас… Я…
Бухнулась на колени.
— В рот, — сказала я пересохшим голосом.
— Ну, в рот, так в рот, — вздохнул Волк.
Мне показалось или он чуть-чуть был разочарован.
Что, неужели он реально надеялся отшпилить меня в туалете. В задницу!
Охренеть, я встряла… Вот это я встряла…
Боже!
Я же не знала, что все настолько серьезно.
Надо выбираться… Любой ценой. Иначе задница будет растерзана!
Выбраться. Залечь на дно.
Все, пусть Волков выбирает себе другую куколку и берет с привычных для себя витрин, где конечности каждой красотки — шарнирные, раздвигаются на любую ширину, а сами куколки становятся в какую ему угодно позу!
Думай, Рита, думай!
Ты же не дурочка.
Так. Секундная передышка.
Я опускаюсь на колени и снимаю с запястья одну из резиночек, собрав темные волосы на затылке.
— Гут, — одобрительно кивает Волк. — Не люблю, когда волосы кожу щекочут.
Его пах маячит перед моим лицом.
Мужчина нетерпеливо дергает свои брюки вниз.
Я шумно сглатываю, заметив агрегат под трусами.
И вот этим он собирался меня… О боже!
Надо бежать.. Теперь, при более близком знакомстве становится ясно, что бежать — это единственно верный вариант в моем случае. Но как усыпить его бдительность.
Похоже, выход только один — приступить.
Война план покажет!
Член Волка пружинит перед моим лицом. Обхватив ствол у основания, мужчине нетерпеливо приближает его к моему лицу.
— Руки вверх!
— Чтооо?
Волк задыхается от смеха. Его рубашка закрывает пресс, но я точно знаю, что у него идеально твердый, буквально вылепленный из камня и безумно красивый пресс.
— Я сама все сделаю. Доверься…
Волков сощуривается, продолжая держать член своей рукой.
— Что? — спрашиваю нервно. — Ты хочешь получить от меня кое-что! Нужно идти на уступки.
— Окей, — кивает. — Но стоять держа руки вверх глупо как-то.
— Заложи их за голову, будет красиво!
Он именно так и делает. Рубашка ползет вверх, обнажая идеальный пресс и очень красивый, ровный пупок.
