Я, естественно, ее никуда не выпустил, даже по заднице несколько раз шлепнул, скрутив предварительно, чтобы остыла.
По-хорошему надо было бы ее отпустить, но отпустить ее я уже не мог."
"Дилемма, однако, как поступить с этой дерзкой макакой!
Все мысли — только вокруг нее.
Словом, до приезда Кота мы немного поцапались… Кажется, цапаться — это привычное для нас состояние. Удивляет вообще, что я объединяю ее и себя в какое-то зыбкое “мы”. Нас — нет.
Открыл Коту ворота, стиснув зубы смотрел, как он парковался.
— Ты еще с сигналки бы пальнул! — цыркнул я. — Еще и сигналишь, будто президент в гости пожаловал. Весь поселок на уши поставил, наверное.
Кот вылез, поправил модное укороченное пальто, небрежным, но красивым жестом стянул тонкие перчатки, прежде чем подойти и пожать мне руку.
— И тебе привет, Волк. Бледный ты что-то. Вижу, дела хреново.
— Дела у прокурора, а у меня все просто заебись.
Он покачал головой, хмыкнул:
— Я вижу, — пристально протянул взгляд вдоль всего моего тела.
Глаза зеленоватые, полные спокойствия и какого-то ленивого интереса…
Мне хотелось огрызнуться, что я и сделал:
— Что-то не нравится? Зачем приехал! Можешь проваливать.
— Слишком странный ты. Что стряслось? Как так вышло, что тебя порезали?
— Хотел одну крысу проучить, но там оказался целый выводок. Так понятно?
— Бросай это! — негромко посоветовал Кот. — Дела давно совершаются иначе. Или не действуй в одиночку. Тоже вариант.
— Позвал я пентюхов. Поздновато прикатили.
— Да, я уже понял. Ты хоть предупреждай, что ли! — попросил Кот. — Хотя бы меня и Гошу.
— Гошу не трожь, он с рыжухой лав стори настраивает, — фыркнул я.
— Все-таки настраивает? — уточнил Кот, потер подбородок.
— А что? — поинтересовался я. — Планировал рыжуху все-таки в оборот взять, да?
— Нет, я ничего такого…
— Не свисти. Знаю я твои замашки, Кошачьи. Ты ж как тот мартовский кот, у которого круглый год — весна. Чужая баба для тебя словно валерьянкой намазана, всегда хочешь урвать то, что принадлежит другому.
Территорию пометить!
Кот рассмеялся, похлопал меня по плечу, приобнял, будто лучшего друга.
— Клешни свои сними, а? — попросил я, впрочем не так злобно, как минуту назад.
Все-таки мы с Котом через многое прошли, много лет друг друга знаем.
— В дом приглашать будешь? — уточнил он.
— Приглашу, конечно. Вперед!
Поднял взгляд, заметил у окна — Ритулю, смотрела вниз. Ее взгляд я всей своей порезанной шкурой чувствовал.
