Плохая

Его борода прячет напряженную линию рта.

Приподнимается, чтобы направить себя в меня, горячо дыша, а я…

Я провожу пальцами по его лицу. И на глазах наворачиваются слезы…

— Это был ты, Даниэль. Теперь я вспомнила… Теперь я точно знаю…

Он замирает, как кажется, теряя на мгновение равновесие. Его кадык дергается в нервном порыве. А потом он отстраняется, также резко, как и льнул ко мне секунду назад, хватает на ходу штаны с кофтой и выходит прочь из комнаты.

Я стою на террасе, пытаясь унять беззвучные рыдания.

Мое серебряное платье в пол теперь видится змеиной чешуей, которая сдавливает, душит… Делаю шаг вперед на острых каблуках, хватаюсь руками за перила- вскарабкиваюсь на них. Голова кружится. Смотрю вниз. Третий этаж- внизу входная группа с помпезной лестницей из мрамора каррары. Хоть и не очень высоко, скорее всего, наверняка… Но вот это самое «скорее всего» малодушно пугает… А если я не умру? Если останусь безвольным овощем на руках у бедной матери?

Горько, как же горько. Как же больно на душе… А я- то думала, что души- то у меня давно нет…

— Не стоит этого делать, — слышу сзади мужской голос.

Вздрагиваю. Оборачиваюсь.

— Уходите… — говорю тихо, шмыгая носом, — это не Ваше дело…

— Повторяю, не стоит этого делать. Так Вы только проиграете… — его голос решительный и серьезный.

— А я уже проиграла… — отвечаю и раздражаюсь, что вообще отвечаю. Эти вечно снующие по пятам охранники, работники, прислуга… Как же надоело, что приходится все время чувствовать на себе чей- то взгляд… Даже помереть спокойно не дадут…

— Уходите, — снова уверенно говорю я, переключаясь с очередного охранника Али на прекрасный вид внизу.

Шаг, всего лишь шаг…

Поднимаю ногу, чувствую, как баланс меня подводит- сердце замирает, дыхание спирает. Несколько мгновений в прострации- и я чувствую на талии сильные руки.

Он хватает меня резко и порывисто, думая лишь о том, чтобы успеть спасти.

Я на полу, голова кружится. Все плывет перед глазами. Моргаю. Что это было?

Вижу перед собой большую протянутую мне руку- поднимаю глаза на мужчину перед собой и замираю.

В его взгляде холод ртути, черный пугающий мрак и… сочувствие… Откуда там могло взяться сочувствие?

Беру автоматически его руку и встаю с его помощью.

Только сейчас осознаю, что он не дал мне улететь вниз. Досадно. Тяжело снова настроиться на суицидный лад, если тебя с него сбили…

— Зачем Вы это сделали? — говорю тихо, а сама почему- то начинаю рыдать. Дико. Истошно. Давясь.