Плохие девочки не плачут

Если бы я мог что-то исправить, но время не вернешь назад, — должен был сказать он по моим изначальным ожиданиям.

А Леонид только продолжал удивляться, почему его бывшая не поздоровалась, подумаешь, не забеременеет никак после того аборта. Сколько лет прошло, он не виноват.

Бывают моменты, когда ты открываешь глаза, смотришь на человека заново, будто видишь в первый раз, и, наконец, замечаешь самого человека. Его истинную сущность, а не придуманное в твоей голове.

Что же нужно сделать фон Вейганду? Что заставит меня перестать чувствовать? Чувствовать то, чего я никогда не испытывала ни к Леониду, ни к любому другому мужчине из моей жизни.

Уверена, шеф-монтажник скрывает тайны пострашнее, секреты, которые заставят содрогнуться. Или же я в очередной раз сама придумала себе идеального героя. Идеального темного героя.

Незаметно проваливаюсь в сон.

…Вокруг темно, ничего не видно, бреду наугад в густом сумраке, ищу что-то. Или кого-то? Мне страшно, хочу позвать на помощь, но не издаю ни звука. Продолжаю идти в пугающую черноту.

Трудно дышать. Кажется, вокруг туман, я просто не могу ничего разобрать. Меня обдаёт ледяной волной, нечто странное плотно обвивается вокруг запястий. Неужели змеи? Я дергаюсь, пытаюсь стряхнуть их, но ничего не получается. Мертвой хваткой меня пригвоздило к сырой земле. Чувствую её животом, дрожу, слабо вырываюсь. Хочу выползти из ловушки, руки затекли, не слушаются. Почему так холодно? Хочу повернуться, не удается…

Возвращаюсь в реальность. Сначала мне трудно сосредоточиться и понять, где я.

Пытаюсь подняться, но не получается.

Хриплый голос фон Вейганда заставляет меня подпрыгнуть. Тут я неожиданно понимаю, что мои руки крепко привязаны к спинке кровати. Кое-как поворачиваюсь на бок, пытаюсь освободиться. Господи, я же совершенно голая… вот почему так холодно!

Значит, ни тумбочка, ни закрытая дверь его не остановили. Шеф-монтажник смеется. От него несет алкоголем. Интересно, насколько он пьян.

Дура, это не сон. Ты позволила ему связать себя. С ним трезвым общий язык трудно найти, а с пьяным и разъяренным совсем не хочется иметь дело.

Надо что-то предпринять. Что?

Пальцы касаются позвоночника, медленно ползут ниже, оставляя огненные следы на коже. Трудно дышать. Думать во сто крат труднее. Его язык нежно ласкает за ушком.

Наши силы никогда не будут равными. Он грубо переворачивает меня, ставит на колени, заставляет прогнуться, прижимается всем телом. Кричу и отчаянно вырываюсь. Шеф-монтажник закрывает мой рот ладонью.