Плохие девочки не плачут

— Нет, — шепчу я вместо обещанных проклятий, шепчу и задыхаюсь под его требовательными губами.

Он улыбается в ответ, покрывая поцелуями моё лицо, шею, а его руки уверенно избавляют меня от лишней одежды. Раздевалка расположена через стенку от линии резки. Там стоит такой шум, что в ушах стреляет. Я могу кричать сколько угодно. Никто из офиса не услышит. Хуже всего — я не хочу кричать.

Признайся, Лора, ты желала этого каждую ночь. Мгновение без него подобно аду, и ты счастлива, стоит ему коснуться тебя.

— Нет, — слабый протест полыхает в языках пламени, что лижут мою кожу, опаляют, сжигают дотла.

Спасения нет. Моей воли недостаточно, чтобы прекратить. Словно безмозглый мотылек, стремлюсь к огненному жару. Каждое прикосновение этих горячих пальцев дает понять и прочувствовать — «Ты моя, моя шлюха, моя собственность. Можешь говорить, можешь противиться, но ты меня хочешь, и от себя убежать нельзя».

Вижу, как загораются его глаза при виде следов на моей коже. Истертые запястья, синяки на груди, на талии.

«А у меня, выходит, нет прав?» — мысль вспыхивает и гаснет.

Он сажает меня на тумбу возле стены, пытается стянуть спецовочные штаны. Я разом прихожу в чувство.

Он берет меня за руку очень нежно, едва касаясь пальцами, проводит языком по следам на запястье, медленно обводит, словно пробует на вкус.

Я не слышу вопрос, я вижу, как двигаются его губы.

Неужели он всерьез хочет услышать про мои месячные? Или припадок бешенства из-за Анны? Или то, что я не умею тр*хаться без обязательств, а хочу глубоко и надолго, пока смерть не разлучит нас? Или сказать, как я мечтаю заиметь от него детей? Что отпугивает мужчин больше всего вышеперечисленного?

Он всё же разрешает мне слезть с тумбы, но далеко не отпускает. Я зачарованно смотрю, как шеф-монтажник снимает пиджак, расстилает его поверх тумбы.

Фон Вейганд стягивает мои штаны одним рывком. Я позволяю ему это сделать по двум причинам: слишком обалдеваю и боюсь, он их порвет. Рваные спецовочные штаны будет трудно объяснить.

Не мешаю ему посадить меня обратно, раздвинуть ноги, оценить обстановку.

Это даже не купание. Нет, это реально не самое приятное и романтичное зрелище. Стыдно упоминать, а показать… просто за гранью.