Плохой парень

Если бы словили другого курсанта, такого бы не случилось, максимум один день отмывал бы унитазы.

Отпустят…это же хорошо. Улыбаюсь, но очень стараюсь заглушить эту пышную радость.

—То есть у Юры конфликт?

—Не совсем он, нормально всё у Юры, в голову не бери, — тут же съезжает с темы отец.

Домой приезжаю после обеда, состояние вяло-текущее, ещё и в пот бросает то и дело. Живот противно тянет, грудь становится чувствительной.

Я начинаю придумывать велосипед, накручивая себя, что может быть я уже беременна?

Хочется сильно-сильно.

Это, конечно, кажется глупостью, совершенным детством, но я как этот самый ребенок верю в чудо…пока на утро неприятные ощущения не становятся очевидными на нижнем белье.

Разочарование одним шаром лопается над головой, обливая меня кипятком.

Вот и мечтам конец, конечно.

Плакать я не буду, разумеется, как и не стану размышлять на тему, а почему все вышло именно так. Причин же может быть множество, и глупо было вообще верить в то, что так быстро выйдет.

Даже несмотря на мое желание, чтобы это так и было.

Практически жуя сопли, я иду готовить завтрак, хоть аппетита и нет от слова вовсе. Есть только какое-то печальное предвкушение дальнейших событий.

Записываюсь на УЗИ на пятый день цикла, и пью кофе уже второй час. Он давно остыл, оставив лишь терпкий запах в носу.

Допить не могу…выливаю. В дверь стучат спонтанно. Затем и звонят. Словно на пожар, что ли.

Охаю от пронзающей боли, когда резко встаю со стула, и иду открывать дверь, не сразу соображая, кто бы это мог быть.

В мыслях лишь то, что у меня пошли месячные.

Дверь открывается быстрее, чем я успеваю среагировать, и Юра влетает в квартиру, на ходу меня заграбастывая в крепкие объятия. На руки подхватывает и впивается в губы.

Руки везде ожогами оставляют следы, до боли приятные и такие желанные, что внутренности плавятся, но на глаза также наворачиваются слезы.

В форме курсанта с бессменным наглым лицом, уверенным и властным, он смотрит на меня прямо, не отрываясь ни на миг от губ.

Жадно водит ладонями вдоль бедер и поддевает халат, жёстко всматриваясь в мой внешний вид.

—Ты так всегда двери открываешь? — рычит недовольно, облизываясь, следом снова кусает меня жалящими поцелуями в губы и тянет нижнюю на себя, всасывая ее в рот.

Нечленораздельно мычу вместо ответа.

Бросает в холод и в жар, на смену грусти приходит несомненная и безусловная радость.