Плохой парень

Жопа что надо…

Гнев врубается моментально. Оборачиваюсь и смотрю, чтобы никого из главных не было. На плацу ни души. Эти утырки стоят у входа семки жрут. Жрали…

Подхожу и с локотухи по рёбрам уговариваю одного, второго за нос тяну вверх.

—Еще раз подумаешь о ней так, приду и оторву тебе центр принятия решений. А если вслух произносишь — скормлю. Жевать будешь с удовольствием. Усек фишку? — одного за шею тягу к себе, второго за пояс, потому что упал навзничь на землю, распластался. —А ты не смотри с таким вожделением, а то больше не встанет.

Нечему будет, —бросаю угрюмо второму и отхожу, отряхиваясь от чужих слюней и соплей.

—Дед, прости, дед, мы же это. Мы ж не хотели.

—Я так и понял, что попутали берега. А теперь семечки собрали и в урну кинули. Найду хоть одну, подметать буду вами. Все сказал. Вольно.

Парни рывком поднимаются, один за ребра хватается, второй фуражку пытается на голову нарядить.

Быстро поднимают все как голуби с голодухи.

Умею воспитывать. Быстро и эффективно.

—Че встали? Быстро в учебку!

Придаю ускорения и созерцаю, как пацанва бежит в сторону учебки.

Заодно бег натренируют.

А то реально хлюпики.

—Шолохов, а что это было такое?— звучит голос отца моей будущей жены.

—Воспитательная работа, — выравнивают по стойке смирно и отдаю честь.

Лев Романыч на меня смотрит снисходительно, в глазах бесята гуляют, вообще-то он наш взвод и не так муштровал.

Мы все пятки истоптали себе. О том, как болели икры, и вспоминать не стоит.

Если вы думаете, что я как почти родственник и близкий друг семьи, был освобождён от этого, то хер там плавал, дамы и господа.

Огребал по полной и даже больше остальных.

—А я думал, дедовщина.

—Ну я так и понял. Смотри, чтобы это никто больше не видел, я уже устал за тобой косяки исправлять. Не позорься, курсант Шолохов.

—Так точно, не падать рылом в грязь, — улыбаюсь, как натёртый самовар.

Лев Романыч смотрит на часы, на меня, а потом недовольно бурчит:

—А ты чего тут проветриваешься, если в спортзале вас ждёт преподаватель танцев? Судя по всему, ждёт только тебя?

Эти танцы.

Да кому они нахер упали, в самом деле? Пытаюсь не закатывать глаза. Когда прапор сказал, что у нас теперь по средам танцы на первых двух парах, я чуть дуба не врезал.

Ну не в школе же, ну кому этот цирк упал? Включите уже балет.

—Лев Романыч, я вообще шел в казарму за кроссовками. В берцах на паркет нельзя.

Какой нах паркет? Мы танцевать будем в обычном спортзале, где деревянные полы столетней давности.