Плохой парень

У нас с тобой проблемы, потому что нас раскрыли, и дело не в моих чувствах к тебе. Потому что…я влюбилась в тебя. И да, мне сложно, потому что это все для меня оказалось слишком всепоглощающим, Господи.

Юра дёргается, замирает. Я вместе с ним натягиваюсь струной.

—Повтори. Свои слова повтори, — улыбается и смотрит на меня не моргая, как одержимый.

—У нас проблемы, Юра. Нас раскрыли, — мое сердцебиение настолько сильное, что дышать сложно.

Мало того, нам точно устроят проблемы. Это все очевидно, и теперь надо думать, как разгрести.

Меня Оглушает, сдавливает грудину. Юра только шире улыбается.

Дыхание срывается в пропасть. Пересохшим губами шепчу:

—Я тебя люблю, но у нас проблемы.

Юра кивает, зажмуривается и широко распахивает глаза.

В какой-то момент мне кажется, что он…вот-вот заплачет.

—Похер, все решу, Валь, все решу. Слышишь, фигня все, я все решу. Ты бы знала, просто, ты бы знала, что для меня это значит, Валь.

Юра рывком встаёт и падает на колени, обхватив мое лицо двумя руками и целует, целует, целует, пока я не начинаю плакать.

Понять не могу почему.

Меня просто бросает в истерику.

Обнимаю его в ответ и прижимаюсь мокрым носом в плечо. Втягиваю воздух и утопаю в запахе Юры.

Это отдаленно успокаивает.

—Не раскрыли, а подозревают. Этот ушлепок точно бы все рассказал, будь уверен наверняка.

Я ожидала другой реакции.

Я ожидала, что он прямо сейчас сорвётся с места и пойдет бить морду Сырникову. Прекрасно, что я общаюсь уже как Юра.

Что, в принципе, не удивительно, если принять во внимание пагубное влияние и наличие слов-паразитов у парня.

Я не удивлена, с одной стороны, потому что Юра порой бывает максимально непредсказуемым, но с другой стороны, я рада, что он отреагировал спокойно.

Не сказала дословно все то, что мне наплел Сырников.

Если коротко, то мне якобы лишь намекнули на то, что он знает о неуставных отношениях.

Никакого хамства не передала. Все очень прилично в моих словах, и только я понимаю, что на самом деле мне сказали, и как это выглядело.

В моем поступке кроется множество подводных камней. Вплоть до того, что Шолохов только при мне максимально спокойный, а выйдя за дверь — пойдет делать то, в чем он абсолютный чемпион и тот ещё эксперт.

За меня, мои нервы и в целом общее состояние.

Но я не могу прочесть истинной реакции в широченной улыбке-ухмылке.

—Малыш, он доколупался до меня ещё с первого курса. Вот не зашёл я ему, периодами находит, сейчас такой период.