Плохой парень

И чтобы не вздумала даже звонить Леопольду и спрашивать, как его больное самочувствие. Узнаю — отправлю его в травму надолго, — лицо искрит от злости, желваки искажают правильные черты лица. Нет и намека на юмор.

—Я не говорил, но он не тупой же, сложит два и два. Наверное. Может нет. Похер. Уж извини,— хмыкает неоднозначно. —Я как раз к нему шел по приглашению, когда увидел тебя, так что официально увольнулся нахер. Теперь у меня разбитые в кровь руки и на построении Сырник вставит мне охуетительный пистон, потом поднимет вопрос об исключении, и жизнь наладится! — хлопает в ладони и укоризненно смотрит на меня с широченной улыбкой на лице.

—Да хватит. Мне успокоиться надо, иначе натворю хуйни и легче не станет. Я от тебя в ахуенезе просто! До сих пор трясет. Сука, вернуться бы и настрелять по ебальнику еще раз! За мат прости, а хотя нет, не прости. Я такой, какой я есть. И чем быстрее ты это поймешь, тем лучше будет для нас двоих!

На этом наш разговор заканчивается. Меня подвозят домой в полнейшей тишине, которая режет пространство острым ножом, вспарывая страхи обоих.

Юра не целует меня на прощание. Просто высаживает.

А потом ждет, пока я поднимусь домой. И только когда я включаю свет, с улицы слышно визг шин.

Меня этот день размазал.

Буквально и фигурально.

Тошнота подкатывает к горлу, и я выворачиваю содержимое желудка на пол, не успевая добежать до уборной.

На утро мои вещи доставляет курьер. Документы в отдельном конверте, вещи в идеальном порядке сложены в отдельную коробку.

Меня мутит с самого утра, но делать нечего, надо ехать на работу. Выпиваю стакан воды и съедаю лимон, морщусь как будто от боли. Голова тяжелая и какая-то вязкая.

Я плохо спала и меня почти всю ночь била дрожь, преследовали кошмары.

Нужно остановиться и понять, что со мной происходит. Что происходит? Меня окончательно размазало. И вообще вчера я планировала сделать кое-что важное, но не сделала.

Интересно, как быстро из города смотался Леон? Смеюсь и плачу. И о чем я только думаю, да? Просто Леон никогда не применял физическую силу к кому бы то ни было. В смысле…он буквально никогда не дрался и сам мне об этом говорил.

Я только сейчас начинаю понимать, что это не признак аристократичности, а признак слабости, маменькино сынка.