Плохой парень, Купидон и я (ЛП)

Я слышала, что вы опережаете учебную программу на семь параграфов. А меньше ста баллов получали лишь в седьмом классе, да и то там было девяносто девять. Вы очень способная ученица, Хлоя, хотите принять вызов?

Я выпала в осадок. Мне предложили перейти в класс с углубленным изучением математики, в котором учились одни выпускники. Это поразительно!

– Да, с радостью! – чуть ли не завизжала я, но быстро скрыла это за кашлем. – Э-э, то есть да, конечно, мисс, я очень благодарна за такую возможность.

– Отлично.

Я взяла у нее листок и пошла на выход, но у самой двери обернулась и снова посмотрела на директрису, которая сидела в массивном кожаном кресле, как босс.

– Извините, мисс, – произнесла я дрожащим голосом.

Женщина оторвала взгляд от документов и посмотрела на меня.

Я немного растерялась, она впервые назвала меня по имени.

– Вы выяснили, кто вломился в школу?

Директриса с бесстрастным выражением на лице покрутила в руке золотую ручку.

На перемене я достала из сумки красное яблоко и, впившись зубами в сочный фрукт, направилась к шкафчику Элли.

Но вместо нее застала там Чарли.

Я подошла к нему и обняла.

– Не называй меня Чарльзом… ВОУ, ПОДОЖДИ МИНУТУ, ПОГОДИ-КА… ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! КТО ТЫ И ЧТО СДЕЛАЛА С ХЛОЕЙ?

– А ты не перегибаешь?

– О нет, Хлоя, даже близко. Режу гребаную правду-матку.

Мы оба повернулись к Элли, которая беспечно сосала чупа-чупс.

– Привет, вот твой учебник, спасибо, что одолжила, – сказал Чарли, отдав Элли химию.

Та широко улыбнулась и, повернувшись, убрала учебник шкафчик.

Тут парни из команды по плаванию позвали Чарли, и он, пообещав нам увидеться за обедом, побежал к ним. Мы с Элли нашли пустой кабинет и зашли туда.

– Требую подробностей, – четко и громко произнесла я. Мне хотелось узнать, что произошло вчера вечером.

– Вы теперь вместе? – выпалила я, не дав ей ничего объяснить.

– Нет, – покачала головой Элли, хотя грустной она не выглядела.

– И как ты к этому отнеслась?

– Я сама это предложила.

Это ведь она и говорила, что влюблена в Чарли.

– Вчера вечером после фильма мы поговорили… ну… о нас.

– Ага-ага, продолжай, – подталкивала я ее.

– Я просто поняла, что… он не нравится мне в этом плане. Я люблю его скорее как брата… друга. Это платоническая любовь.

Прозвенел звонок на урок.

Я вздохнула с облегчением и сразу же почувствовала себя виноватой.