Плохой парень, Купидон и я (ЛП)

– Хм-м, сколько времени прошло с тех пор, как mon fr`ere a bris'e ton jolie petite coeur? [мой брат разбил твое милое маленькое сердечко?] Два года? – ухмыльнулась она.

– Около того, – еле выдавила я, отчаянно желая стереть эту злобную ухмылочку с ее лица.

Затем посмотрела на Риса Картера. Привалившись к стене в паре метров от нас, он нетерпеливо дожидался меня, чтобы свалить отсюда. Я хитро улыбнулась и повернулась к Шантелль.

– Но у меня все хорошо, – отмахнулась я, снова обретя твердость в голосе.

– Ч-что? – взвизгнула она, ее сапфировые глаза расширились от удивления. – Вы двое вместе? Не может быть!

Я пропустила слова этой стервы мимо ушей и продолжила, мечтательно глядя вдаль:

– О, Шантелль, ты даже не представляешь, какой он на самом деле ласковый и нежный. За этим сексуальным образом плохиша и отношением «мне плевать на все и всех» скрывается по-настоящему милый парень, стоит только узнать его лучше.

Вот так, леди и джентльмены, и наживают врагов.

Заверив, что Рис такой же, как Эштон, и тоже разобьет мне сердце, Шантелль наконец ушла.

И домой мы с Рисом возвращались в молчании. Сначала он пытался завязать разговор, но, заметив мою отчужденность, переключился на пинание камня, который попался ему на пути.

Я не могла перестать думать о Шантелль.

Ее слова прокручивались у меня в голове снова и снова, пока я не встряхнулась и не сказала себе, что Рис не такой, как Эштон.

Я замедлила шаг и удивленно спросила:

Рис кивнул, продолжая пинать камень.

– Разве ты не считаешь ее, э-э, сексуальной, как все парни?

Как бы я ни боялась услышать положительный ответ, все же не могла отрицать, что Шантелль невероятно красивая, а я… ну, это я.

Рис забрался на кирпичный забор какого-то дома и, перескакивая через редкие столбики, зашагал по нему.

– Думаю, ей нужно открывать книги, а не раздвигать ноги… – ответил он, балансируя на одной ноге. – Впускать знания, а не парней. Понимаешь?

– Рис, что ты делаешь?

– С тобой ужасно скучно, так что я играю в игру, где земля – это лава и на нее нельзя наступать.

– Ты еще такой ребенок! – засмеялась я.

Рис очаровательно улыбнулся.

– Ребячество продлевает молодость, Хлоя. Кроме того, сейчас мне веселее, чем тебе, не так ли?

– Да, – усмехнулся он.