Стоило ей так подумать, как некие песочные часы в организме перевернулись и вместе с песком из памяти стали «высыпаться» сначала ничего не значащие подробности, затем второстепенные подсхемки…
«Стоп! — остановила она себя. — Кое-что надо записать. — В ту же секунду песок в часах послушно застыл на месте. — Но сначала выпить кофе, сделать три звонка и отправить заявки на платежи. Соберитесь, Тамара Аркадьевна, соберитесь, еще не вечер! Пока не поставите финальную точку — вам нельзя расслабляться!»
Чего можно было ожидать к вечеру, она хорошо знала по опыту: рано или поздно песок из часов высыплется, а моральное истощение обессилит каждую клеточку уставшего, но крепкого на вид организма.
Напряженный рабочий ритм последних девяти лет все чаще давал знать о себе то скачком давления, то головной болью, а то и самым худшим — полной апатией: нежеланием думать, двигаться, действовать. И случалось это, как правило, после успешного завершения дел.
«И я снова как воздушный змей, что потерял струю ветра… Потом будет “скорая”, не ровен час — и в стационар к Машке загремлю… Все-таки надо было лететь в Египет с Кузнецовыми… — мелькнула запоздалая мысль. — Поныряла бы в Красном море… Хотя нет: не успокоилась бы, пока не увидела всех цифр».
Вздохнув, Тамара прикрыла крышку ноутбука, спустилась на первый этаж коттеджа, который фирма снимала под офис, зашла на кухню и, нажав кнопку на кофеварке, приблизилась к зарешеченному окну.
В частном секторе в районе Орловской вовсю чувствовалась весна: вдоль забора запестрели яркие головки тюльпанов, на деревьях и кустах появились первые робкие листочки. В небольшом огороде с тяпкой в руках возился отлучившийся с рабочего места Иван Иванович Сумцов, или, как его много лет звала Тамара, дядя Ваня.
«Господи, как хорошо! — Она распахнула створку окна и, прикрыв глаза, вдохнула полной грудью прохладный весенний воздух. — Вот дострою дом — ни на минуту в городе не задержусь, сразу перееду! Возьму тяпку и буду, как дядя Ваня, в земле ковыряться».
Видимо, любовь к частному жилью зародилась у нее еще в детстве: выросла в бабушкином деревянном доме, затем два года жила в финском домике рядом с райкомом, который выделили маме. Теплым воспоминанием в душе осталась дача тети Ани…
За спиной зашипело, и к уличным ароматам примешался горьковатый запах кофе эспрессо.
