И когда ее сын, брат и любовник брата скрылись из глаз, выпустила прядь из ладони.
— Тебе тут тепло? — спросил голос. На миг ей подумалось, что это голос самого воздуха — глубокий, с намеком на гобой и литавру. Пчела могла бы плыть в таком голосе, подобно электрической искорке, пронизывающей музыку.
— Да, — ответила она.
Подошел и встал рядом с нею отец. Это был его голос. И его сладковатый, затхлый запах.
— У тебя все в порядке? — спросил он. — Просто сидишь здесь одна?
— Они все только что были здесь, — сказала она.
— А теперь пошли купаться.
— Кто?
— Вилл, Гарри, Джамаль и Бен.
Он подошел к перилам. Хмуро вгляделся в день, который уже начал неторопливо остывать, идти на убыль. Завтра — первый день осени, хотя по календарю до него еще три недели. Завтра свет будет более жирным, более склонным к синеве.
— В два у Бена с Джамалем урок, — сказал отец. Любовь и ненависть перемежались в нем, система приливов и отливов. Волосы его начинали редеть. Кожа покрылась старческими пятнышками.
— Все нормально, — сказала ему Зои.
— А?
— Они успеют вернуться вовремя.
— Ну да.
Он неохотно оторвался от перил. Склонился к Зои, приблизил свое лицо к ее.
— Тебе хорошо здесь? — спросил он. — Не зябнешь?
— Нет. Все прекрасно.
Он кивнул, втянул сквозь зубы воздух, четвертную ноту воздуха, и Зои подумала, что отец, может быть, пробует этот день с его увядающими обещаниями на вкус.
— Все прекрасно, — повторила она. — Здесь так приятно сидеть.
— Милая, — прошептал он. — Моя маленькая девочка.
Поскольку спален в доме на всех не хватило, Вилл и Гарри принялись расставлять на чахлой траве за домом палатку.
Они купили ее специально для этой поездки — красную, нейлоновую, яркую, как леденец. Зои наблюдала за ними, смеющимися, препирающимися о том, что и как следует делать. Наблюдала за руками и спиной Вилла, втыкавшего колышки в песчаную почву. Ночь жила светляками и комарами, шелестом листвы и неспокойным, незримым присутствием залива. Зои услышала Сьюзен, учуяла ее запах, затем Сьюзен коснулась ее плеча.
— Как они справляются? — спросила Сьюзен.
— Мм?
— Как. Они. Справляются? — медленно и громко, словно разговаривая с иностранцем.
— Эббот и Костелло разбивают походный лагерь, — ответила Зои.
Сьюзен помассировала ей плечо. Пальцы у Сьюзен были сильнее, чем полагал кто-либо.
— Ты хорошо себя чувствуешь? — спросила она.
— Угум.
— Эй! — крикнула Сьюзен через голову Зои. — Если вам, ребятки, это дело не по плечу, так давайте палатку поставим мы с Зои.
