Плутовка

Данфорд махнул рукой:

— Я весь внимание.

Леверетт взглянул на Белл и снова перевел взгляд на Данфорда."

"— Не лучше ли нам поговорить наедине, сэр? Поскольку дама не родственница….

— Ты не против?

— Конечно, нет, — заверила она его, улыбаясь. Улыбка эта говорила о том, что к концу их беседы у нее будет готова тысяча вопросов. — Я подожду.

Данфорд направился к двери в кабинет:

— Сюда, пожалуйста, мистер Леверетт.

Они вышли из комнаты, и Белл, к своей радости, увидела, что дверь осталась слегка приоткрытой.

Она тут же вскочила и, придвинув кресло вплотную к двери, вытянула шею и навострила ушки. Бормотание. Снова бормотание. — Откуда? Бормотание, бормотание, что-то похожее на «Корнуолл». Насколько он дальний родственник мне? Нет, то, что она услышала, не могло быть «восемь». — Что он мне завещал?

Белл хлопнула в ладоши. Как чудесно! Данфорд, похоже, получил нежданное наследство. Оставалось надеяться, что это будет нечто стоящее. Одной из ее приятельниц повезло получить в наследство тридцать семь кошек.

Остальное невозможно было разобрать. Спустя несколько минут двое мужчин снова вернулись в комнату и пожали друг другу руки. Леверетт положил несколько листов в свой саквояж и произнес:

— Остальные документы вы получите очень скоро. Разумеется, нам понадобится ваша подпись.

— Разумеется.

Леверетт поклонился и вышел из комнаты.

— Итак? — требовательно спросила Белл. Данфорд растерянно улыбнулся, не до конца осознав то, что услышал.

— Адвокат сказал, что мне по наследству перешел титул барона.

— Титул барона! Теперь мне следует называть тебя лорд Данфорд? Он закрыл глаза.

— Разве я когда-нибудь называл тебя леди Блэквуд?

— Десять минут назад, — протараторила она бойко, — когда представлял меня мистеру Леверетту.

— Браво, Белл. — Он сел на диван, не подождав вопреки этикету, пока Белл сядет первой. — Полагаю, теперь меня следует называть лорд Стэннедж. — Лорд Стэннедж, — прошептала она, — как изысканно.

Уильям Данфорд, лорд Стэннедж. — Она озорно улыбнулась. — Уильям, ведь, кажется, так тебя зовут?

Данфорд фыркнул. Его редко называли по имени. По этому поводу у них была какая-то шутка, вспомнить которую она сейчас не могла.

— Я задавал матери этот вопрос. Если память не изменяет мне, она сказала: «Твое имя — Уильям», — отпарировал он.

— Кто умер? — бесцеремонно спросила Белл.

— В такте и изящных манерах тебе не откажешь, моя дорогая Арабелла.