По дороге могущества. Книга пятая: Лик Кальмуара.

Её милая улыбка словно магнит притягивала мой взгляд, и я невольно с необычайно странной тоской вспомнил нашу с ней последнюю ночь в подземельях Кривглазиана, когда Бера тихо посапывала у меня на груди, а я вдыхал столь родной запах её разгорячённого тела.

— А если серьёзно, то я знаю о том, что ты подговорил Вирхема зашвырнуть нас в портал.

Стараясь не выдавать своих истинных чувств, я озадаченно нахмурился.

— Вирхема? С чего ты это взяла? Я просто использовал силу замедление времени и швырнул тебя с Гоблей поближе к центру, чтобы повысить ваши шансы на телепортацию.

Да, согласен, я поступил эгоистично, не приняв в расчет ваше желание остаться вместе со мной в рядах когорты смертников, но, как видишь, всё закончилось довольно благополучно.

Беара мягко усмехнулась.

— Складно воркуешь, пламенный вояка, — она сделала шаг навстречу, подняла руку и зарылась пальцами в мои волосы на затылке, отчего по спине тут же пробежали мурашки, — но ты забыл о том, что я наизусть помню те ощущения, которые охватывают всё тело, когда Вирхем использует притягивающее заклинание.

Без него, знаешь ли, выжить в подземельях Кривоглаза было бы чуточку сложнее.

Прикрыв глаза, я покачал головой.

— Нда. Погорел на мелочах.

— Именно! — Беара убрала свою тёплую ладонь и моё сердце сжалось от невыразимой грусти. — Уж не знаю, чем ты на него надавил, но свой нагоняй он от меня ещё получит.

— Только не переборщи, — сглотнув, я с нежностью посмотрел на неё, — мы ведь ради вас старались.

— Ну, это его не особо спасёт, но спасибо за непрошенную заботу.

Несколько мгновений мы смотрели друг другу в глаза, а затем Беара отвела взгляд и скользнула им по храпящему Гобле и тихо переговаривающимся Харуду с Сидиусом.

— Не вздумай умирать, Сар, — вдруг сказала она, вновь взглянув на меня без тени улыбки. — Убей самого Баглорда, но вернись во что бы то ни стало.

— Обещаю, Бера. — Я неожиданно почувствовал чей-то неотрывный ледяной взгляд, словно бы рожденный самой Бездной, и в вечно терпеливом ожидании глядящий в самые потаённые глубины моей души.

Однако мой голос не дрогнул ни на мгновение. — Я обязательно вернусь.

Напряженные мышцы спины и могучих лап уже изрядно устали от многодневного повторения одних и тех же движений — монотонных взмахов огромных крыльев, беспрерывно удерживающих в воздухе стремительно мчащееся по небосводу тело чёрной виверны.