По дороге на Оюту (СИ)

— Черт, – Демьян ругался в голос и, кажется, сильно психовал, – черт, черт. Анита вылези оттуда, иначе я сам тебя выдерну.

Естественно, я не пошевелилась. Он пугал меня до чёртиков.

Не бросая слов на ветер, марионер опустился на колени и, протянув ко мне огромную ладонь, схватил за ногу и мягко потащил наружу. Молча, я принялась отбиваться, но мои жалкие потуги никакого эффекта не возымели.

Усадив меня на одно из двух кресел у пульта, Демьян крепко зафиксировал моё тело ремнями безопасности. Затем вытащив из кармана шприц-пистолет, что-то вколол мне в бедро.

— Вот так надо было с самого начала, — спокойно с расстановкой проговорил Демьян, положив голову мне на колени. — Сложно с тобой, земляночка. Не вовремя ты истерику развела. И я хорош, придурок. Ну, ничего сейчас успокоительное подействует, и мы поговорим по-человечески: без психов и рыданий. Я все понимаю, мы все не железные и у меня нервы сдают. Сильно сдают, милая, я в такой глобальной заварушке впервые.

— Помоги мне, солнышко. Поддержи. Мои нервы сдают похлещи твоих.

Всхлипнув, я замерла. Постепенно та паника, что разрасталась в голове, притихла и начала отступать, уступая место холодному рассудку. Икнув, я последний раз всхлипнула и попыталась вытереть ладошкой лицо, но рука, прижатая к поручням кресла ремнем, не поддалась.

— Как? Лучше? – спросил марионер пару минут спустя; я кивнула головой. – И что это было, Анита?

— Приступ, – тихо выдохнула я.

— Приступ паники? Что его спровоцировало? - мужчина внимательно вглядывался в мои глаза.

— Уколы, лекарства. Я испугалась, что ты начнёшь колоть меня препаратами. Я не знаю, просто появилась мысль, что всё станет как прежде и я испугалась. А дальше я не могла взять себя в руки, – сейчас я сама себе казалась психбольной. От стыда тряслись руки, и хотелось просто провалиться сквозь корабль.

— Как часто у тебя бывают такие приступы? Как с ними справляться?

— Когда я маму мёртвой нашла - был, — прошептала я, пряча глаза.

— А справляться как? — допытывался Демьян, — Что мне делать в такой ситуации?

Я снова пожала плечами.

— Я не знаю, мама всегда оставляла меня в покое. Доктор разговаривал спокойно и взывал к здравому смыслу, и соседка тоже, когда мама умерла, говорила спокойно.

— Ясно, — Демьян погладил меня по голове, — а я решил устроить тебе взбучку и добавил масла в огонь.