По дороге на Оюту (СИ)

Статей обличительных она испугалась! Как можно быть настолько подлым и гнилым человеком? Неужели он не видел, на ком женился? Хотя, вспомнив фото, можно понять Демьяна, всё-таки его жена красивая женщина. Можно даже сказать - сногсшибательная.

— Чего притихла? Только не вздумай там меня жалеть! — обиженно буркнули мне в ухо.

— И не думала. Чего тебя жалеть - сам женился. Надо было смотреть, кому кольцо на палец надеваешь, — отчитала его я.

—Тут ты права, я знал каков её характер. Но знаешь, и меня ей злить не стоило.

Пришла бы и объяснила, что к чему без всех этих вывертов. Я прекрасно понимаю всю логику ее действий, но делать из меня дурака не позволю. Я не подписал бумагу, предложенную её адвокатом, а созвонился со своим и, предложив ему половину от всего, что он сумеет отбить у супруги, дал ему полное право вести бракоразводный процесс от моего имени. Я первым подал на развод. Потом слил всю историю с липовым вдовством своей супруги её же коллегам журналюгам. Ох, представляю, как она верещала от злобы, когда вышел номер журнала с её фото на первой странице. К тому же за восемь лет она неплохо пополнила наш семейный счет. Опустошить его - пусть и маленькая, но приятная месть.

Демьян откровенно расхохотался. Вот же, оказывается, не так он прост. А я-то думала благородный и честный. А он тот ещё интриган.

— Знаешь, если мы когда-нибудь вздумаем пожениться, напомни мне эту историю, — ровным голосом произнесла я на полном серьёзе. — С тобой оказывается очень опасно потом разводиться.

— Анита, солнышко, а кто тебе сказал, что я вообще захочу с тобой разводиться? — хмыкнул он в ответ.

— Значит, не будем жениться! — поддела я его.

— Да, кто тебя спрашивать будет, паспорт твой у меня и не узнаешь, как Анитой Стартховой станешь, – ответил он на мою колкость.

— Это невозможно,— самодовольно усмехнулась я, — необходима моя подпись.

— Ой ли, — протянул загадочно так мой марионер,— небольшая взятка и готово.

Делов-то. Главное, чтобы документы были подлинные, и регистратор отличался сговорчивостью.

— Ну, ты,— надулась я,— даже не вздумай такое провернуть.

— Я подумаю над этим, — серьёзно произнес Демьян.

Несколько минут мы просто лежали, молча, в объятьях друг друга. Мои глаза слипались, но я старалась отогнать подступающую дремоту прочь.

— А на Оюту ты полетел, чтобы земля не пропадала, ну, та, которую тебе жена купила?

— Не называй её моей женой.