По дороге на Оюту (СИ)

Больше в кабину, я не возвращалась, предпочитая отсидеться в душевой, предварительно стерев с пола следы своего позора и слабости.

Только дождавшись, когда на стене перестали бликовать вспышки экрана, я высунулась наружу. Мы куда-то летели и явно не вверх на станцию. На экране под нами мелькали небольшие барханы из белого песка, попадались и редкие кустики, больше похожие на перевернутые корнями вверх деревья. Пара каких-то животных сиганула в сторону, эдакие мыши переростки с крокодильим хвостом. Вот после этих милых созданий желание знакомиться с местной фауной, отпало окончательно.

— Это не планета – а территория ужаса.

— Анита, с тобой всё хорошо? — сидя ко мне спиной спросил Демьян.

— Угу, — промычала я, а у самой от стыда щёки вспыхнули. Вот теперь я в их глазах полная слабачка.

— У нашего народа сострадание – это показатель благородства души, только тот, кто светел душой, может прочувствовать боль врага. У тебя чистое сердце, Анита, — Ратхар ободряюще тепло мне улыбнулся,- это редкий дар, особенно для женщины.

Прикусив губу и ещё больше смущённая его словами, я села к стеночке и снова затихла.

— Ну, что, братцы, готовы грабить? — обернувшись, Демьян внимательно скользнул по мне взглядом и тут же отвернулся к Суниру, — у вас час, чтобы загрузить всё в наш трюм. Из-под корабля ни шагу. Радиус для передвижения не более трех метров, дальше может зацепить огнеметами. Ну, не передумали?

— Неа, — Сунир аж подпрыгнул от нетерпения и, протерев об штанину бластер Демьяна, сунул его в карман.

— Ты, главное, нас там не поджарь, марионер. Не хотелось бы так печально жизнь закончить, — в голове Ратхара энтузиазма слышалось в разы меньше.

— Вы что вообще задумали? — встрепенулась я. — Вы что творите?

— Ничего, малая, что должно бы тебя напугать, — отмахнулся от меня Сунир.

— Демьян, — взревела вконец доведённая до паники я.

— Собираемся прибрать к рукам груды запчастей, что так предусмотрительно собрали здесь эти разукрашенные. Возьмём компенсацию за доставленные неудобства.

Опешив, я только и смогла, что рот открыть и захлопнуть. А дальше прямо посреди кабины на полу открылся люк, которого раньше я там вообще не замечала, и оба хвостатых сиганули туда с такими раздражающими предвкушающими улыбочками на пол-лица.

— Демьян, ты же благоразумный! Что вы творите? Улетать надо.

— Улетим, только заберём то, что лежит неправильно... и сразу улетим.

Покачав головой, я подползла к люку и заглянула в него. Грузовой отсек, большой и холодный.