Притихла, значит соврала. Каюты есть. Я ей чем-то не приглянулась. Только усилием воли гасила гнев, готовый прорваться. Они там ещё и перебирают клиентами.
Что-то щёлкнуло, и люк открылся. Прищурившись от слишком яркого освещения, смело вошла внутрь, таща за собой Юлу.
- С детьми так не путешествуют, девушка, - долетело до меня.
- А-то я не знаю, учить не надо, - нахамила я, - но уже как вышло - так вышло.
Проморгавшись, я, наконец, могла разглядеть, что вокруг. Передо мной стояла невысокая землянка в забавном переднике, а вот в нём я угадывала очертания шокера.
Такие были у вышибал в баре. Так долбанёт разрядом, что и маму родную не узнаешь, как очнёшься.
- Идите за мной, - уже спокойнее скомандовала хозяйка корабля.
- Мама, - испуганно шепнула Юла, - я домой хочу, мультики смотреть. Тётя злая, я не хочу сюда.
- Нет у нас больше дома, милая, - сухо процедила я. - Аника нам всем жизнь испоганила. Женщина неожиданно обернулась. Я опять напряглась.
Услышала, наверное, сейчас погонит.
- Ну, что ты, малыш, - её голос вдруг стал спокойным и добрым.
- У нас и мультики есть, и покушать. А тётя злая была, потому что много плохих людей ходит и тревожат. А таким красавицам мы всегда рады. Пойдём, покажу, где вы спать будете.
Я расслабилась. Юла, кажется, тоже.
Через пару минут нам выделили каюту с двумя койками. Здесь же нашёлся и встроенный в стену визор. Щёлкнув по панели, хозяйка нашла земной канал с мультиками. Юла расплылась в счастливой улыбке и быстро оккупировала ближайшую койку.
Оплату с нас взяли приемлемую и даже принесли по контейнеру с витаминным супом и отдельно овощные палочки со вкусом тыквы и брокколи. Карточки, что я вытащила из карманов поверженных миранцем амбалов, оказались как нельзя кстати.
Всё цветное съестное овощное добро я отдала дочери, сама же ограничилась бульоном.
Ела, не чувствуя вкуса. Моя голова просто трещала от боли и напряжения. Как найти нужный корабль? Как на него проникнуть? Как можно с ребёнком автостопом по станциям?
Я находилась в замешательстве и растерянности, наверное, первый раз за всю жизнь.
Чувствовала себя несмышлёнышем. Мне нужен был совет, опора, помощь. Пару раз я доставала планшет и порывалась позвонить отцу, но знала, что он скажет. Отдавай Юлианну в приют и устраивай свою жизнь.
А я не могла так.
Просто не могла.
Эта девочка была для меня всем. И пусть я буду эгоисткой, но этот ребёнок единственный во всём мире, кто любит меня, и подвести её я никак не могла.
