- Ну, пожалуйста, - взмолилась я, - у тебя полный трюм еды. Я заплачу, правда. Горбатиться на тебя всю жизнь буду.
- Нет, я сказал. Ненавижу продажных девок. И мелкая твоя ситуацию не спасёт. Раз здоровому дядьке грозиться расправой может, то не пропадёт.
- Она больна. Нам нужен врач!
- Ой, только не надо сказки сочинять и на жалость давить. За то, что в живых оставил, уже спасибо говори. Сидеть будете в каюте, выпущу только в туалет утром и вечером.
- Ну что тебе стоит! - настаивала я.
- Не желаю дышать одним воздухом с портовой шлю.
.. - он замолчал недоговорив.
Просто заметил, что Юла внимательно нас слушает.
- Ну почему ты такой, - зло процедила я.
- Рот закрой и пошла в каюту, - рыкнул миранец в ответ. - А я проверю, что вы там успели натворить.
Я прикусила язык, вспомнив о яблоках. Юла тоже замялась.
Схватив меня за ворот просторной футболки, мужчина рывком заставил подняться на ноги и, особо не церемонясь, закинул в небольшую комнатку. Не успев остановиться, я споткнулась об порожек и упала на колени.
При этом ещё и пришла лбом об какую-то железку. Это оказалась койка. Прижав ладонь к месту удара, еле сдерживала слёзы от боли.
В голове звенело.
- Мамочка, - обняв меня, Юла принялась дуть на мою стремительно растушую шишку. -Ты плахой! - прикрикнула она на мужчину, - Драться нельзя. Девочек бить нельзя. Ты не мальчик, а слизняк!
- Юла, - выдохнула я, - нельзя обзываться.
- Но он тебе больно сделал, - моя малявка жаждала справедливости.
- Он не хотел, детка, - прошептала я, - я нечаянно споткнулась.
- Он толкнул, это не нечаянно, - ругалась она, да ещё и на хвостатого раздражённо фыркала. Кажется, я вырастила гарпию.
- Не кричи, милая, тебе нельзя волноваться. А дядя не виноват, мы без спросу пришли на его корабль.
- Ну и что?! - насупилась она. - У него есть корабль, а у нас нет. Делиться нужно.
Что-то опустилось на мою голову. Отпихнув мою руку, миранец приложил к шишке что-то холодное.
- Ты права, мелкая, драться нехорошо.
- Что это? - я пыталась понять, что касается моего лба.
- Ложка. Уже, конечно, не спасёт, но хоть шишак будет меньше, - как-то виновато произнёс он. - Сидеть в каюте, без спроса не выходить. Увижу в основном отсеке - запру. Будете шуметь - отправлю в трюм остыть. Девочку свою держи при себе, нажмёт мне, что не то, и конец нам.
- Ты довезёшь нас до Оюты?
- Я уже сказал — запас рассчитан на одного. Вы летите до ближайшей станции.
- Юле нужен врач, - простонала я.
- Всё вопросы к её папаше, а не ко мне.
