По дороге на Оюту

— Я, рискуя рукой, вытащил тебя из камеры, протащил на себе через весь этот, трижды проклятый корабль, чтобы вот так взять и бросить? — на его губах растянулась злая улыбка. — Нет, я вот сейчас стою и думаю: почему ты сидишь тут больная на холодном полу, вместо того, чтобы быть уже на корабле.

Устало опустив голову, я прикрыла воспалённые глаза.

— Потому что на твой корабль я зайти не смогла, там красная сетка на входе, которую ты же и поставил, – пояснила я ему то, что он и так знает.

— Чёрт, — ругнулся мужчина, — забыл, солнышко.

Прости, моя маленькая. Сейчас всё будет хорошо. Не привык я заботиться о ком-то помимо себя. Нужно быть внимательней.

Подняв меня на руки, Демьян быстро зашагал по трапу. Войдя, мы остановились. Дверь, шипя, закрылась. Вспыхнули красные огоньки, и сверху нас обдало облачко вонючего пара.

— Это дезинфекция, не пугайся, — пояснил Демьян.

Облако дыма рассеялось, и впереди распахнулась еще одна дверь. Миновав её, мы оказались внутри корабля. Кабина или центр управления ничем не удивил.

Небольшое помещение: два больших мягких кресла и пульт с множеством горящих сенсорных кнопочек. Над пультом завис огромный голографический экран, демонстрирующий всё, что происходило сейчас снаружи в отсеке."

"Опустив меня на удобное мягкое кресло, Демьян зашёл мне за спину и выдернул из стены небольшую медицинскую капсулу с низкими бортиками. От рывка провода и трубки систем выскочили и рассыпались в разные стороны. Не обращая на это никакого внимания, Демьян поправил желеподобный матрас и осторожно переложил меня на него.

— Так, сейчас мы тебя вылечим, — пробурчал он себе под нос.

Мужчина призадумался. И окинул меня долгим пристальным взглядом, под которым мне сразу стало как-то не по себе. Погладив меня легонько по голове, Демьян склонился над моим лицом:

— Значит, не смогла войти и решила, что я тебя бросил? — прищурившись, прошептал он.

Я не ответила, щеки предательски вспыхнули от смущения.

— Глупенькая, земляночка. Но я сам виноват, забылся немного. Запомни, солнышко, я никогда тебя не брошу, не оставлю и не предам.

Обведя моё лицо ладонью, Демьян нежно коснулся моих губ в лёгком поцелуе. Его не смутил ни мой распухший покрасневший нос, ни лихорадочный румянец, ни потрескавшиеся обветренные губы.

— Ты - моя девочка, — сухие губы мужчины прошлись по моим векам,— моя земляночка. Моё солнышко. Спи милая и ни о чём не думай. Выздоравливай.

Что-то кольнуло в плечо, лёгкая боль окутала руку. Но всё это не имело значения.