По дороге на Оюту

— Успокойся, пещерный мужчина, — осадила его я, — к тому моменту, как мне рожать пора будет, может, мы уже и дом построим. Ты забыл: у тебя же есть земля!

Недоумённо моргнув, Демьян расцвёл в улыбке. От такого счастливого оскала меня слегка передёрнуло. Вид у него сейчас был, как у сытой акулы.

— Земля! У меня же сертификат на землю. Бывшая удавится, узнав какой в действительности подарок мне сделала. Надо будет первым делом по прилёту обновить паспорт, надеюсь, я буду уже в разводе. Если нет, свяжусь с адвокатом и скажу, чтобы закруглялся с судебным делом.

Мой сын родится Стартховым, а его мама обязана быть моей женой. Там же гурсаны, глазом моргнуть не успею, как за тобой табун их мужиков увяжется. Они же больные до женщин.

Покачав головой, я лишь улыбнулась. Да как его понесло-то: то беременность в его планы не входила, а тут уже мысленно и меня на себе женил, и сын у него родился. А может и дочь… И гурсанов он уже от меня гоняет.

— А давай, решать проблемы по мере их поступления, – слегка одёрнула я его.

— Ты, правда, рад? — не удержавшись, я все же спросила, хотя и сама понимала всю глупость данного вопроса.

Замерев напротив меня, Демьян, на мгновение призадумавшись, расплылся в улыбке.

— Знаешь, солнышко, мысли о детях посещали меня последние пару лет в колонии. Завидно было смотреть на стену соседа, украшенную десятком фотографий. Но проблема в том, что с женой за восемь лет у нас не было даже подозрения на беременность. Признаюсь, что я использовал свое положение и заглянул в ее медицинскую карту.

Она была полностью здорова. Во всех отношениях. Значит, причина была во мне. Я, правда, думал, что во мне, — Демьян выглядел озадаченным. — Да, существует масса способов родить ребенка, вплоть до выращивания в «искусственной матке». Но меня, как мужчину, цеплял сам факт моего предполагаемого бесплодия. Это одна из причин, по которой я выбрал Оюту. Гурсаны легко помогают стать родителями семейным парам с совсем безнадежными случаями. Я надеялся, что когда-нибудь в будущем, когда построю дом, встану на ноги, найду себе женщину…. —Демьян умолк и хитро глянул на меня. — Ты всю мою серую и унылую жизнь перевернула. Крепко засела в моем сердце, подарила любовь, а теперь малыш… Ты меня не просто потрясла, солнышко. Я просто шокирован. Да я знал, откуда берутся дети, но был уверен, что стреляю «холостыми», — последнее он проговорил сквозь смех. — Прости, малышка, я, правда, виноват, никто не ставил мне диагнозов. Я сам решил, что со мной что-то не так.