А там СИЗО и… Не мне тебе рассказывать, да?
И ведь я даже не блефую. Костя явно сильно рисковал, встав на лыжи с чужими деньгами. Такое не прощают. Ни в преступном мире, ни в принципе. Крыс нигде не любят. Я знаю случаи, когда и за гораздо меньшее убивали.
– А сам-то не боишься? – ухмыляется Рожков, впрочем, изрядно спав с лица.
Ответить не успеваю, потому что стучат в дверь. Оборачиваюсь.
– Ефрем Харитоныч, тут вас очень хотят.
– Кто?
Дима – человек из моих приближенных – неопределенно дергает бровью. Ах да. Чертова конспирация.
Выхожу из кабинета. Беру из рук Рябинина телефон. «Глухов» – артикулирует тот беззвучно. Ага. Наш почти губернатор. А на деле – человек, которого прислали в край навести порядок. С ним я поддерживаю тесную связь. Он в курсе всего происходящего, собственно, только благодаря ему мы так быстро получили отмашку и начали действовать. Я ему, выходит, по гроб жизни обязан. Только, кажется, Герман не из тех, кто будет предъявлять счет.
Быстро отчитываюсь о последних событиях. Глухов, не перебивая, слушает.
– Отлично, – замечает, в конце концов. – Будут новости – набирайте, чтобы я не дергал вас не по делу.
– Добро.
– И это… Ефрем Харитоныч, может… Женщине вашей нужна какая-то помощь…
– Ничего не надо. Спасибо.
– Да не за что. Но если все же защита… Знаешь ведь, куда лезем, Ефрем. Взвесь, – неожиданно переходит на ты наш-почти-губер.
– За моей семьей приглядывают.
Теперь уж точно да! Я сразу выслал несколько близких ко мне бойцов, как только Макс вызвонил меня и рассказал, что у них происходит.
Макс… Сын. Я просто не знаю, чего ему это стоило. Но он сделал все как надо. Сумел преодолеть себя. Я так безумно им горжусь. Так горжусь… Ведь если бы не он, неизвестно, чем бы все закончилось. Я почему-то не верю, что Костик, получив свое, отпустил бы дочь. А Вера вряд ли бы мне простила, что я не смог их уберечь. Да я и сам бы ни за что себя не простил. Наши отношения были бы тупо обречены. Тут, конечно, Костик-мразь хорошо все просчитал.
– Вот и хорошо. Нам недолго продержаться, дело-то, сто пудов, заберут наверх.
– Это да.
– Хм… Ну тогда до связи.
Возвращаюсь в допросную.
– Ну что, Костик, подумал?
– Мне нужны гарантии, – выплевывает тот."
"– В твоем положении гарантировать что-то сложно. Но для начала я могу обещать тебе отдельную камеру в СИЗО. А там посмотрим, насколько ты будешь сговорчивым.
– Ефрем Харитоныч, – снова открывается дверь. – Там вас вызывают...
Уже? Быстро, однако, сработали. Наверное, это хорошо.
