И неконструктивно.
Ух ты! Новые слова.
– Хорошо. Давай внесем нотку конструктива. Только быстро. Мне надо Юльку забрать, – соглашаюсь, попрыгав мимо мужа в кухню. Костику даже в голову не приходит как-то с этим помочь. Тяжело опускаюсь на табуретку. Стаскиваю ботинок. Нога все же немного опухла. Хорошо, что я в дутиках.
– Кстати, где она?
– У Тани, где ж еще ей быть?
– Надеюсь, ты не стала ее против меня настраивать.
– За кого ты меня принимаешь? – удивляюсь я. – И как вообще представляешь наш диалог? «Юль, помнишь папу? Так вот он ушел к другой тетеньке».
– Ни к кому я не уходил, – бурчит. – Ты вообще, Вер. Сама придумала – сама обиделась.
– О как! То есть мне твоя баба привиделась? И деньги, деньги ты тоже не снимал, а? Кстати, верни их, где взял. Там и моя доля.
– Твоя, моя! Взяла моду делить, – злится Костик, выпивая стакан воды из-под крана. – Мы одна семья вообще-то. Забыла?
– Нет. Скорее усомнилась, что это так, когда ты нас с Юлькой из дома попер.
– Может, тебе напомнить, кто начал этот разговор первым?!
Я замолкаю, втягивая губу в рот.
Потому что тут, конечно, Костик меня подловил. Я действительно сказала, что он может не возвращаться, но так ведь не без повода! События того страшного вечера прокручиваются в голове калейдоскопом. И даже боль в ноге не может сравниться с той, что поедом жрет мою душу.
– Ну, увидела ты возле меня какую-то бабу! И что? – продолжает на меня наезжать Костик. – Сразу худшее подумала. А почему, м-м-м? Я что, когда-нибудь давал повод во мне сомневаться?
Может быть, и давал.
Просто я, слепая дурочка, ничего не замечала.
– Следуя твоей логике, я тебя к Меринову ревновать должен.
– Чего? – изумляюсь. – Он-то тут при чем?
– При том. Ты с какой целью его к нам в дом притащила?
– Да он же мне просто помог дойти! – повышаю голос. – Ты вообще слышал?! Я подвернула ногу!
– Так Карина тоже подвернула."
"– А когда ты ее из маникюрного салона забирал, что она, мать его, подвернула, а?! – шиплю я змеей, и уже пофиг даже, что тем самым рушу придуманную легенду о том, что наша встреча в бане была случайной.
У Костика бегают глазки. Ну, вот я и приперла этого гада к стенке. Почему же мне ни черта не легче?! Почему в груди болит так, что невозможно сделать следующий вдох? Судорожно всхлипывая, отворачиваюсь к окну.
– У тебя к ней серьезно? – шепчу.
– Да ну. Бред! Послушай…
Прерывая наш разговор, в дверь звонят.
– Открой, пожалуйста. Это, наверное, Таня Юльку привела.
