По кличке Рейнджер

На столе стоял кувшин с пивом, две кружки, блюдо с красными раками и ваза с яблоками и ананасом.

– Раньше в любом пивбаре раков было полно, – сказал Амаров, отделяя мясо от панциря. – А сейчас – дороже осетрины.

– Раки не выносят грязной воды, Ровшан. А где теперь чистая вода? – спросил Бандера.

– Мир меняется, – вздохнул азербайджанец. – Он становится бешеным, грязным, шумным. Это уже не наш мир. Эх, где наша молодость, Михаил?

– Ха, – усмехнулся Амаров.

Вор в законе любил пиво и приканчивал вторую кружку.

Для его комплекции и пять кружек – не беда. А в его толстенных и тупых, как обрубки огородного шланга, пальцах небольшие красные раки смотрелись тараканами.

– Что-то в гости на захаживаешь, Ровшан, – вздохнул Бандера. – Возгордился.

– Я бы рад. Ты мне как брат. – Амаров отхлебнул пива. – Но «шестерки» твои от рук отбились. Меня не уважают.

– Как же такое возможно?

– Знаешь, прислали мне друзья из Москвы посылочку. – Азербайджанец откинулся на спинку кресла и подставил руку под поток холодного воздуха от кондиционера.

Сегодня на улице стояла жара, и кондиционер в кабинете был кстати. – Маленькая такая посылочка. А милиция забрала ее.

– Да что ты? – покачал головой Бандера.

– Взяли, потомки ишака, чтоб их дети с хвостами родились!

«Вот нелегкая! – подумал вор в законе. – Как он узнал об этом, черт усатый?!»

– Если дорогая, то жалко.

– А еще жальче, что «шестерки» твои заложили. И тебе ведь не сказали. Я бы поучил лакеев. От рук отобьются и тебя продадут.

– Что за базар, Ровшан? – недовольно поморщился Бандера.

Его быстро утомлял дипломатический этикет, и он не мог долго сдерживать свой нервный, злой норов.

– Твои «шестерки» ментов на мой груз навели.

Так и было. Людям Бандеры пришлось срочно откупаться от уголовного розыска. И они сдали случайно попавшую к ним информацию о партии наркотиков, которую азербайджанцы получали из Москвы.

– За базар ведь отвечать надо, Ровшан. Такая предъява! Ты ее и обосновать можешь?

– Бандера, я же не мент.

Мне тебя колоть не надо. Просто нехорошо так.

– Ах, нехорошо, – кивнул вор в законе. – Скажи тогда, откуда «елочка» в Питере?

– Твои притаранили ее в Питер. – Бандера покраснел и подался к Амарову. Тот спокойно приглаживал усы. Он имел неистощимые запасы самообладания. – А вот это действительно крутой навар! И тебя там не должно быть!

– Зря злишься, дорогой. «Елочка»… Помню. Нам продали. Мы купили и тоже продали. Право имели.

– Ты купил то, что украли у меня.