По кличке Рейнджер

Еще хлопок – пуля из пистолета прожужжала над его головой.

– Следующий – в лоб, – проинформировал сержант.

У водителя что-то звякнуло в мозгах, и он замер, подняв руки вверх и меряя сержанта налившимся кровью глазом.

Старшина защелкнул наручники сначала на широкоплечем, а потом на водителе.

– Во, козлы! – сказал широкоплечий. – Вам же хуже будет.

– Хуже, чем тебе, вряд ли, – переведя дыхание, произнес старшина.

– Извиняться будешь, ментяра. Прощения просить.

– Ну наглая морда! – Старшина покачал головой и врезал широкоплечему коленом по почкам.

Широкоплечий побледнел от ярости и прошипел:

Дежурный следователь приехал ночью в больницу, где лежала потерпевшая. Девушку привели в порядок, оказали необходимую помощь – остановили кровотечение, перевязали. Серьезных телесных повреждений у нее не обнаружили – легкое сотрясение мозга, кровопотеря, но общее состояние опасений не внушало. Лена немножко овладела собой. Ее все еще трясло, но она могла говорить.

Она сбивчиво рассказала все, что произошло с ней.

– Опознать их сможете? – спросил следователь.

– Ну что ж. – У дежурного следователя появилась кислая мина на лице. Он знал, что задержанные – это Гоша Цхинвальский и его брат Отари. Эти два садиста – подручные Бандеры. Значит, дело вести нормально не дадут. Жди сюрпризов. А сюрпризов следователь не любил. Ему не нравилось, когда его тыкают лицом в грязь…

– Здравствуйте, мой друг, – очень широко – того и гляди щеки лопнут – улыбнулся Эндрю Маккерфи.

Жиган со щелчком убрал выкидное лезвие ножа, поднялся с кресла, улыбнулся обезоруживающе и обаятельно и протянул свою тонкую музыкальную кисть гостю.

– Очень рад, господин Маккерфи, – произнес он.

Американец пожал руку. И огляделся.

– Не прослушивается, – успокоил его Жиган. – Железно, – постучал кулаком по стенкам.

– Мы сможем поговорить спокойно?

– Небольшая предосторожность. – Американец нажал на кнопку магнитофона, стоявшего на столике. Из динамиков полилась мелодичная тягучая музыка.

– Не думаю. – Жиган подошел к двери и крикнул: – Люда!

Она возникла из большой комнаты, уже облаченная в длинный халат. На Жигана она смотрела просяще-преданно, как голодный пес на своего хозяина.

– На. – Жиган вытащил из кармана таблетку и протянул певице.

– Спасибо, Жиганчик. – Она прильнула к нему всем телом. И на глаза ее навернулись слезы. – Спасибо, ты друг.