По краю безумия (СИ)

Его такой желанный поцелуй, словно стирает из моей памяти все плохое и возвращает на несколько месяцев назад, где мы вдвоем любили друг друга без слов. Ведь любили! Любили уже тогда, но почему я поняла это так поздно? Его жадные, поглощающие меня губы дают мне хрупкую надежду, что все будет хорошо. Наши языки сплетаются, мы как будто одно целое, дышим друг другом, не нуждаясь в этот момент даже в кислороде. И я уже сама обхватываю его лицо и со всхлипом притягиваю к себе теснее, чтобы не смел отстраняться и останавливаться.

Вдыхаю его терпкий запах и понимаю, что это самый лучший и самый любимый мой запах. Такой родной, такой мой. А потом сама рывком от него отстраняюсь, немного пошатываюсь от слабости словно пьяная. Смотрю ему в глаза, не отпуская его лицо, провожу по разбитой губе языком и понимаю, что Тимур уже вынес Славику приговор, осталось только привести его в исполнение, поэтому он сравнительно спокойно меня выслушал.

— Не смей! — требую. — Слышишь, не смей, — прошу, приказываю я.

Плевать, я просто не смогу потерять его в очередной раз, я не выдержу больше.

— Чего не сметь, принцесса? — делает вид, что не понимает.

— Обещай, что ничего не сделаешь Славику. Не будешь мстить и наказывать. Обещай!

— Обещай, сейчас! — обрываю я его, не желая ничего слышать. — Разве ты не понимаешь, что если с тобой что-то случится, я этого не переживу.

— Со мной ничего не случится, — уверенно отвечает он, убирает мою руку от своего лица и нежно целует мои ладони.

— Обещай, если любишь меня, то не будешь ничего предпринимать, — смотрю в его глаза, а он их сильно зажмуривает и сжимает мою талию до боли.

— Таисия, ты опять делаешь это со мной? — тихо, хрипло спрашивает он, так и не открыв глаза.

— Пожалуйста, — прошу я, целуя дрожащими губами его закрытые веки. — Ради меня. Я просто не вынесу, если с тобой что-то случится. Ты единственный, кто у меня остался. Обещай, — прошу я, зарываясь в его немного растрепанные волосы.

Тим открывает глаза, долго осматривает мое лицо, глубоко вдыхает и все же кивает мне.

— Обещаю, — говорит он. — Я ради тебя и для тебя все что угодно сделаю, и никогда уже не отпущу тебя, даже если ты захочешь уйти сама. Ты моя.

— Твоя, я настолько твоя, что без тебя никто, — утыкаюсь ему в шею, целую, чувствую, как он перебирает мои волосы, и вновь всхлипываю, понимая, что это еще не конец, и Тим должен будет уйти, оставить меня здесь одну.