Возьмёшь на себя такой грех, родная — одного похоронить, второго посадить?
— Не смей меня шантажировать!
— Ты с ним спишь?
Отстраняется
— Да.
— Врешь! — рявкаю я. — Врешь. Издеваться тебе надо мной нравиться?
— Нравится! — оскаливается.
Оскал трансформируется в издевательскую улыбку.
— Я тебя, Дина, предупреждаю, ты меня знаешь. Ответственность будет твоя. Перед ним. Передо мной. И перед Алисой!
— Да пошел ты, Арсенин!
Вспышка ярости слепит. Но я стараюсь дышать ровно.
Она пьяная… она просто пьяная… глаза блестят…
Перехватываю за шею, аккуратно вытирая с губ эту е*аную помаду большим пальцем.
— Больно? — опускаю. — Извини. Не хотел.
Шокировано и заторможено смотрит на меня.
— Прости, Диночка, — трясущимися пальцами заправляю за ушко прядь волос, упавшую на лицо.
Сжимая челюсти, кладу голову ей на бедра. Обнимаю ее колени. И дышу я громко-громко. Как избитая собака. И также чувствую себя. Избитой собакой, которая пытается найти утешение в хозяйских руках, которые ее мучают.
— Прости… Прости меня, пожалуйста. Прости. Это всё больно, я понимаю… — замерев, она не реагирует на мои смелые прикосновения, и я словно отключаюсь, говоря все то, что у меня внутри. — …Мне больно… Тебе больно… Надо это пережить. Мы это все переживем, моя любимая девочка. У нас все наладится. Всё будет как раньше… Не подтягивай никого… я не вывезу… не смогу… не ломай меня… мне страшно…
Прижимаюсь губами к этой гладкой коже, вдыхая глубоко ее запах.
— Чего ты хочешь, родная? Что я должен делать? Боли хочешь для меня? Мало тебе её?!.. Отпусти это всё, я прошу тебя. Мы будем опять счастливы. Наша дочка будет счастлива! Забудь, пожалуйста… Это мои ошибки… я за них ответил уже… зачем ты ломаешь наши жизни?
Мои пальцы неконтролируемо скользят ей под юбку. Запах ее тела отключает мой мозг, я начинаю терять чувство реальности.
Ее юбка задирается вместе с движением моих рук, я двигаюсь лицом по резинкам ее чулок, к шелковым трусикам.
Дина заторможена. Я слышу ее сбитое дыхание.
— Отпусти…
— Нет! — обнимаю руками за талию, вдавливаясь лицом в живот. — Ты всё еще моя, я чувствую…
И еще я чувствую тонкий теплый запах ее возбуждения.
— У меня другой мужчина. Отпусти меня.
