По осколкам

А с инициативы жены, если муж не явился на суд могут развести.

— Зае*ись!! А где мои повестки?? Не приглашали меня на суд!

— Этого я, Арс, не знаю.

— А про развод откуда знаешь? — перевожу на него взгляд.

Он не смотрит на меня.

— Костя! — рявкаю я. — Откуда?

— Мы немного общались, когда ты уехал. Ты же бросил их… А у Дины проблемы были. Она ко мне обратилась.

— Что? — обрывается у меня все внутри. — Я бросил?! Я??

— Да. Ты. Я бы не уехал, на твоем месте. Вдруг что-то… Ты же знаешь, у нее никого в городе. У дочери твоей проблемы были со здоровьем, и Дина запаниковала.

Я помог.

— Какие про… — теряю я голос.

— Все нормально уже.

— Что ты сделал? Помог?.. — поднимаюсь я. — Ты мне должен был позвонить! Мне!!

Хватаю его за грудки.

— Не мог я позвонить, — спокойно отрывает от себя мои руки. — Ты кутить уехал — это твой выбор. И свои проблемы с Диной ты должен тоже решать сам. А Дина обратилась за помощью ко мне. Она попросила, чтобы ты об этом не узнал. И сейчас я говорю тебе это только потому, что… Короче, Арс.

Не перекладывай на меня свои косяки!

Возможно, если бы я в тот момент оказался рядом, Дина бы подпустила меня. Не как мужчину, но как отца. А дальше… У меня хотя бы был бы шанс. Хоть какой-то!

— Ну, спасибо, друг!

— Ну, пожалуйста…

— А что с дочкой?

— Диагноз поставили какой-то нехороший. Как оказалось, ошибочно. Но пока это выяснилось, Дина здесь… тяжело ей было.

Закрываю глаза, стекая по стене вниз.

И я прокручиваю и прокручиваю в голове свои косяки.

И если бы ту идиотскую невменяемую измену я могу хоть как-то оправдать и простить себе, то всё происходящее потом — нет.

Ни роды преждевременные, ни одиночество в этот момент, пусть и выбранное ей, ни угрозу нашей дочке, ни мои сорванные нервы и попытку сбежать, ни отсутствие в тяжелый момент для них… Это всё уже я оправдать, простить не могу себе. Хоть это и следствие.

И она не простит.

От этого хочется опять сорваться в очередной кутеж. Обдолбиться, нажраться, забыться."

"Но, там эти е*учие розы на сцене… И другие претенденты не будут ждать, пока я собирусь в кучу и вернусь на свое место.

А я планирую. Не знаю как, не представляю. Но другого места у меня просто нет!

Поднимаюсь опять на ноги. Захожу в кухню. Стаскиваю с подноса только что приготовленный кофе.

— Арсенин не борзей!

— Михалыч…

— Ладно. Но это последний раз, когда ты здесь на особых правах. Завалишься еще раз со своими разборками к Дине, охрана тебя сдаст на руки ментам. А я и слова не скажу.

— Спасибо тебе.