По осколкам твоего сердца (СИ)

Если хочешь продолжить общение, напиши письмо на мою электронку, ты знаешь, какую. Если тебе страшно, просто забудь обо мне. Не хочу втягивать тебя в это дерьмо. Не отвечай на это сообщение и удали его».

Не сдержавшись, Брас дописал:

«Люблю тебя».

Затем он быстро почистил память, вышел из туалета и так же незаметно вернул Семе телефон.

Спустя четверть часа из аэропорта вылетел вертолет, который позже должен был разбиться. Только вот Сперанского и его семьи на борту не было. Они улетели на другом вертолете.

И для всех стали мертвыми.

Официально они погибли в авиакатастрофе.

А Полина так и не написала. И Барс ее понимал. Наверное, его девочке просто стало страшно. За это нельзя осуждать.

Фокус с вертолетом удался. Старику все-таки удалось обмануть врага. И они улетели в другой город. Ирония судьбы это была или нет, но это оказался родной город Полины, в который она так мечтала вернуться. Затаились в доме какого-то другая отца, который помогал. Барс только и ждал момента, что сбежать.

Как без него будут Лорд и Обед? И что с друзьями? А Полина… Ей, наверное, страшно. Она ведь так и не написала на почтовый ящик, который Барс то и дело проверял. А может быть, она вообще не поверила. И считает мертвым, как все остальные.

Барс видел по телевизору многочисленные репортажи об авиакатастрофе и смерти всей семьи Сперанских. И ему самому было не по себе, когда о нем говорили, как о мертвом. А когда он увидел кадры с кладбища, то и вовсе едва не сошел с ума. На похоронах были одноклассники и друзья.

Их снимали издалека, но Барс отчетливо видел Леху и Вала. А еще – Полину, которая стояла чуть в стороне с таким лицом, будто весь мир рухнул.

Это были лишь несколько кадров, снятых оператором издалека, но сколько в них было боли. Барс вскочил с места и, зарычав, начал бить кулаком по стене. До крови. Синеглазка не поверила. Наверное, решила, что его сообщение – розыгрыш. Или вообще не дошло. Мало ли что случилось?

Перед глазами стояло лицо Полины, в котором читались такие тоска и потрясение, что хотелось выть.

Барс бил и бил кулаком, пока на стене не появилась кровь. И только тогда бессильно опустился на диван и закрыл голову руками. Он никогда не думал, что станет заложником прошлого собственного отца.

Как же он его ненавидел в эти часы! Просто до изнеможения! Сначала он маму у него забрал, теперь – любимую девушку. Всю жизнь забрал1 все испортил!

Хотелось найти Старика и вмазать ему по роже.