По осколкам твоего сердца

Лицо Леши осталось непроницаемым, однако во взгляде что-то поменялось. В них будто гроза собралась. А может быть, ей казалось.

- Уверена! И вообще, я занята. Мне на курсы нужно. Я занята.

Зря она это сказала.

- Тем более, если ты занята, поедем со мной, не нужно никого ждать. Донесу тебя до машины, - предложил парень.

- Нет! Сама дойду! – поспешно выкрикнула Дилара. Этого еще не хватало! Такой заботы она точно не вынесет! Ее сердце и без того отчаянно бьется…

- Ты на таких каблуках не дойдешь, - покачал головой Леша.

- У меня есть сменка, - нахмурилась девушка. На курсы действительно просили взять легкую удобную обувь. И поэтому в пластиковом пакете лежали удобные медицинские сабо.

Ничего не говоря, Леша взял пакет, снова присел, касаясь коленом асфальта, и надел на ушибленную ногу сабо. Пальцы у парня были грубоватыми, но сами прикосновения – очень нежными. Он не вкладывал в эти прикосновения ничего большего, нежели желание помочь. А Дилара, прикусив нижнюю губу, смотрела на его затылок, и боялась дышать.

Давно забытые чувства медленно пробуждались, и она боялась этого. Не хотела, чтобы ее снова накрыло. Поэтому вторую ногу переобула сама – не позволила ему.

Леша помог ей подняться и, аккуратно придерживая, повел к своей машине.

- Давай, осторожно, - говорил он, помогая Диларе идти. Каждый раз, когда она наступала на правую ногу, становилось больно. – Вот так, молодец. Осталось еще немного.

Парень предупредительно распахнул перед ней переднюю дверцу машины, и Дилара медленно перебралась внутрь, крепко сжимая в руке телефон.

Она нервничала.

Леша сложил ее босоножки в пакет и положил на заднее сидение. Сам сел за руль. Машина плавно тронулась, а в салоне заиграла мелодичная музыка. Дилара удивленно посмотрела по сторонам – машина у Леши была не особо крутой, хотя в марках она не разбиралась, но в салоне было чисто, комфортно, а еще приятно пахло чем-то едва уловимым, с терпкими нотками грейпфрута.

Она не сразу поняла, что это его одеколон.

Леша вел уверенно, но не гнал.

Его руки с выступающими костяшками лежали на руле, и он плавно управлял им. Они не казались, как принято говорить, «музыкальными». В них не было тонкости и изящества – напротив, в руках Леши чувствовалась мужественность. Широкие ладони, крепкие запястья, чуть выступающие вены под загорелой кожей.

Тыльную сторону одной руки пересекал тонкий длинный шрам. Раньше такого у него не было. Интересно, откуда?

- В армии получил, - словно прочел ее мысли Леша.