По осколкам твоего сердца

Я встала, подошла к Бочкареву, и, не понимая, что делаю, взяла его сумку. Подскочила к окну и выбросила ее – хорошо, хоть додумалась открыть окно.

Бочкарев даже сказать ничего не успел – так опешил. Весь класс изумленно замолчал. А у Атома из руки выпал мел.

Секунд десять стояла тишина – до тех пор, пока я не вернулась на свое место. А потом заорала Атом:

- Туманова, ты с ума сошла?!

И Бочкарев кинулся на меня, схватил за плечо и поднял с места.

- Ты охренела?! Что с моей сумкой сделала, дура тупорылая?! – закричал он яростно и начал меня трясти.

Он был сильнее и выше. Он был парнем. А я – хрупкой девушкой. Но я не собиралась отступать. Поймала его взгляд и прошипела:

- Отпусти меня, иначе пожалеешь.

Словно наяву я услышала слова Димы: «Самое главное – это взгляд. Победит тот, кто первый опустит глаза».

И я смотрела на Бочкарева так, как на него бы смотрел Барс.

Одноклассник вдруг отступил. Перестал меня трясти. Убрал руки. Облизал губы.

Мой взгляд заставил его отступить.

- Быстро пошла за сумкой! – как-то неуверенно выкрикнул одноклассник и резко замолчал.

- А что сделал ты? – спросила я нежно. Мой пристальный взгляд и эта нежность совсем не вязались друг с другом. – Ты испортил мою прическу. Я испортила тебе сумку. Мы теперь квиты, не находишь? Или мне нужно было выкинуть тебя, а не сумку?

- Туманова, ты ненормальная! – закричала одна из подружек Малины.

- Крыса совсем чокнулась! – подхватили другие.

- А ну быстро все расселись по своим местам! – рявкнула Атом. – Бочкарев, бегом за своей сумкой! Только одеться на забудь. А ты, Туманова, к директору после урока пойдешь.

- Могу и сейчас пойти, - спокойно ответила я.

- Молчать! – стукнула она кулаком по столу. – Остальным немедленно сосредоточится на новой теме!

Бочкарев вернулся вместе с рюкзаком спустя пять минут. Жаль, я попала на траву, а на не в лужу на асфальте.

После урока обозленная Атом потащила меня за собой – но не к директору, который, как оказалось, в этот момент отсутствовал, а в учительскую. Там уже были Ольга Владимировна и еще несколько педагогов, которые отчитали меня, а после попросили выйти из учительской.

Не знаю, что там происходило – кажется, классная пыталась отстоять меня. И, кажется, у нее это получилось.