По осколкам твоего сердца

- Ты же знала, верно? – тихо спросила она. – Про то, что готовит Малина. Я уверена, что знала. Многие знали. Иначе бы не переглядывались так.

- Ты о чем? – забормотала Милана. – Ничего я не знала. Никто ничего не знал…

Глаза ее забегали, и Дилара отпустила ее, поняв, что была права. Милана поспешила к близняшкам, которые тоже прятали глаза. А Дилара рассерженно выдохнула:

- А я ведь в точку попала! Все она знала! Многие знали и молчали. Знаешь, я только что осознала, что навсегда потеряла подругу. Навсегда.

- Зато у тебя есть я, - подбодрила я ее улыбкой и положила руку на плечо.

Больше никто не лез к нам – ни девчонки, ни парни. Никто. И я поняла – мы выиграли. Победили их всех. Вс. Эту толпу, которая боялась пойти против лидеров.

После уроков нас с Диларой вызвала к себе Ольга Владимировна. Мы очень долго разговаривали, и она настояла, чтобы мы обе пошли к школьному психологу. Пришлось пообещать.

- Почему ты не рассказала мне сразу? – спросила классная руководительница тихим голосом, когда мы с ней остались наедине – Диларе позвонила мама, и она вышла в коридор.

- Что? – подняла я на нее глаза.

- Что с начала сентября Малиновская задирала тебя.

Видимо, Ольге Владимировне все стало известно. Только она не была рассерженной – в ее глазах читались боль и горечь. То, что я хотела увидеть в глазах мамы. А она так ничего и не узнала… И теперь не узнает.

- А что бы вы сделали? – прямо спросила я.

- Мы бы нашли выход! – нахмурилась учительница.

- Сначала мне было страшно и стыдно. Потом я решила, что справлюсь сама. Вот и все.

- Кто же тебя так обидел, что ты не доверяешь взрослым? – вздохнула Ольга Владимировна. Я ничего не ответила. Мне действительно нечего было отвечать.

После разговора с классной мы с Диларой пошли ко мне – она, наконец, должна была забрать Обеда. Я знала, что они с сестренкой уже купили ему новые миски, лоток, игрушки и когтеточку, знала, что у них ему будет хорошо, но все равно переживала.

Однако когда мы пришли домой, я не нашла Обеда. Его не было ни в моей комнате, ни во всей квартире.

- Где мой кот? – спросила я с ужасом маму, и она удивленно посмотрела на меня.

- Не знаю, наверное, как всегда, в твоей комнате, - ответила она. – Где же ему еще быть?

Но Обеда нигде не было. Совершенно нигде. Я едва с ума не сошла, да и на Дидаре лица не было. Мама тоже начала волноваться. И мы втроем обыскали весь дом.