По осколкам твоего сердца

- Что это мы с тобой в прихожей застряли… Ну же, идем, Женечка очень хочет тебя увидеть!

Она потянула меня в прихожую, где я увидела Фаину Ивановну на диване и Женю на полу, который сидел перед ней на специальном коврике и с увлечением играл в кубики. Увидев меня, он улыбнулся и неуклюже встал. Светленький, голубоглазый, с пухлыми щечками – настоящий ангелок. И так вырос за то время, пока я его не видела. Совсем большой стал.

- Здравствуйте, - сказала я Фаине Ивановне, которая недовольно уставилась на меня. И помахала братику.

- Здравствуй, Полиночка, - просюсюкала она. С виду мать Андрея была божьим одуванчиком. Но на деле – настоящая ведьма.

- Женечка, это твоя старшая сестра, Полина, - сказала мама, с любовью глядя на сына. – Обними сестренку, сынок!

Разумеется, Женя не помнил меня. А поэтому обниматься не побежал, застыл рядом с бабушкой.

- Это он подарок ждет, - выдала Фаина Ивановна. – Что там Женечке привезли?

Спохватившись, я вытащила из пакета сладости.

- Ему ведь такое можно? – спохватившись, спросила я у мамы.

- В ограниченном количестве, - кивнула она. – Не нужно было ничего покупать, Полин. Ты что!

Однако и за сладостями Женя ко мне не пошел. Отвлекся и вновь принялся играть, но уже не с кубиками, а с паровозиком. До взрослых ему не было дела.

- Это он подарок от тебя ждал, а не вкусняшки, вкусняшки у него каждый день, - назидательно сказала Фаина Ивановна. – Андрюша покупает специальные, чтобы полезные были. Что ж ты к братику без подарка-то? Да, Женечка? Мы привыкли к подарочкам, машинки любим! Бабушка каждый раз новые приносит!

И она тут же захихикала, давая понять, что это, мол, шутка такая.

- Фаина Ивановна, да какие машинки? – нахмурилась мама. – У нас ими и так весь дом забит.

Она взяла малыша на руки.

- Женечка, смотри, это твоя сестрёнка Полина! Скажи: «Привет, Полина»!

- Пивет, Лина, - сказал Женя, глядя на меня своими большими голубыми глазами. Милый до невозможности – таким детям только в рекламе сниматься.

- Возьми его, - предложила мама, и я послушно взяла брата на руки. Однако на руках он сидеть не хотел – захныкал, желая, чтобы его отпустили. Хотел играть дальше.

Женю мама оставила с Фаиной Ивановной, которая все так же подозрительно на меня смотрела, и повела меня на кухню. Пока она готовила что-то, я решила зайти в свою старую комнату, которую теперь переделали под детскую.

Ничего моего не осталось. Цвет стен – и тот поменялся.