По праву твоего рождения

И пока жадный взгляд прилип к изображению юной принцессы в белоснежном платье, дрожащие пальцы нащупали во внутреннем кармане пиджака жестяной футляр.

Кит знал, что осталась всего лишь одна доза. Уже через неделю от его выдержки не останется и следа. Но у него будет эта неделя. Будет время, чтобы вдоволь налюбоваться той, которая недосягаема для него, словно солнце. Близко. Светит. Но обжигает. Стоит сократить расстояние, как она губит его.

Хищник сполз по стене на пол. Не сводил взгляда с монитора, чувствовал, как вакцина отравляет его кровь.

Ждал, когда лекарство подействует. Ждал, когда зверь заткнется и перестанет сходит с ума.

Он все-таки отключился. Когда открыл глаза – не понял, где он находится.

Помещение было другим. Кит пошевелился, попытался встать. А вокруг кромешная темнота. Но не отсутствие света заставило Кита напрячься, а запахи.

Вернее, один запах. Один единственный аромат, который сложно спутать с другими.

Он был повсюду.

Будто Кит провалился в свою принцессу. Утонул в ней. Но темнота не позволила осмотреться.

И вдруг негромкий приглушенный стон, будто наотмашь, ударил Кита, отрезвил.

Мужчина пытался всматриваться в густую и вязкую тьму. Пытался нащупать руками хоть что-то, способное помочь понять, что, к чертям собачьим, произошло и происходит.

– Не двигайся, ради всех богов! – сиплый голос Агнии заставил стража послушно замереть. – Хорошо. А теперь слезь с меня.

Голос девушки звучал сипло, но твердо.

У Кита не было возможности ослушаться девчонку. Впрочем, он и не пытался. Делал только то, что она велела.

Тряхнув головой, Кит понял, что зрение постепенно возвращалось к нему. Сначала картинка была размытой, пятнами. А после все прояснилось. Но, если начистоту, лучше бы он и дальше был слепым.

Кит помнил, какое удивительное изящное платье было на Агнии. Да и сама девушка невероятная красавица. Самая красивая. Кит никого красивее не встречал никогда за всю свою долгую жизнь.

А сейчас белоснежное платье было изодрано, перепачкано кровью, прическа растрепана, а на плече Агнии зияла рваная рана.

Однако и это еще не все. Весь подол на юбке был также перепачкан кровью, изодран в лохмотья, обнажал стройные бедра.

– Боги…, – прохрипел Кит. Его прошиб озноб. Он отказывался верить в то, что совершил. Но перед глазами маячили неопровержимые доказательства.

– Ты прав.